Шрифт:
Однако…
Спустя всего пару часов в город ворвались польские «жолнежы» [7] , усиленные ротой гродненских жандармов, и сразу же с усердием принялись за «дело».
Три десятка восставших скидельчан были расстреляны без суда и следствия. Причём перед казнью над ними всячески издевались: вырывали глаза и языки, ломали пальцы рук и ног, били так, что на людях не оставалось живого места…
Более остальных досталось члену подпольного райкома Коммунистической партии Западной Белоруссии товарищу Лазарю Почимку. Ему отсекли уши, выкололи глаза, а на груди и спине вырезали ненавистные звёзды…
7
Жолнеж – солдат (польск.).
Около двух сотен мирных жителей свободолюбивого Скиделя каратели согнали на соборную площадь, положили лицом вниз и стали избивать прикладами, заставляя есть и целовать родную землю. Да ещё и приговаривали при этом:
– То есть наша земля – польска, вам, быдлу, на ней никогда не жить!
Пока одни польские солдаты и жандармы зверски глумилась над белорусами под стенами храма, другие – бросали гранаты, факелы и зажигательные смеси в дома сторонников СССР. А сочувствующих граждан, пытавшихся организовать тушение возникших пожаров, отгоняли выстрелами из всех видов оружия.
В тот день дотла сгорели 19 строений, многие из них – вместе с женщинами и детьми…
Но и это было ещё не всё.
Самое страшное ожидало восставших впереди!
Точнее, могло ждать, если бы ранее намеченный сценарий не сорвался самым чудесным образом.
Итак…
Ближе к вечеру из числа людей, пролежавших весь день на площади, поляки отобрали «наиболее активных граждан» и погнали на расстрел в сторону реки Котры [8] .
Но в этот момент…
8
Котра – небольшая река, протекающая по территории Литвы и Гродненской области Белоруссии; правый приток Немана.
Из-за леса показалась первая танкетка с красной звездой на башне. Это на выручку братьям-белорусам спешил летучий отряд красноармейцев во главе с капитаном Чернявским.
Два броневика и два танка из передовой колонны оказались по завязку набитыми оружием, которое сразу же раздали жителям окрестных деревень. С их помощью Скидель быстро очистили от ненавистного врага.
Похожая история случилась и в соседнем Гродно, где поляки за два дня казнили около сотни человек.
Однако ни Фролушкин, ни Плечов ещё ничего не знали об этих печальных событиях.
И даже могущественный Цанава, по всей видимости, не знал о том, что произойдёт в ближайшие дни…
Семнадцатого сентября Шурик, которого Ольга, руководствуясь своим пока ещё недолгим материнским опытом, справедливо считала «ранней пташкой», почему-то упрямо не хотел просыпаться.
Может, он, каким-то особым, данным свыше младенческим чутьём определил, что сегодня воскресенье, у любящих родителей – долгожданный (единственный в неделе!) выходной, и ему следует предоставить им редкую возможность полноценно отдохнуть?
Но ещё в шесть утра по находящейся всего в нескольких сотнях метров от их нового дома автомобильной дороге прогрохотала первая колонна тяжёлой военной техники; за ней вторая, третья…
Чтобы не тревожить жену, Славка тихонько поднялся и пошёл на кухню, окна которой выходили на новое шоссе. Отодвинул шторки и пристально вгляделся вдаль.
Неужели война?
Не зря же её тошнотворный запах висел в воздухе уже несколько лет!
А?
Предчувствия не обманули Ярослава Плечова.
Несколько часов тому назад передовые части Белорусского и Украинского фронтов перешли советско-польскую границу. И сейчас за ними следом в западном направлении спешно устремились вспомогательные и тыловые службы…
Теперь – пара слов об этой, ныне непопулярной войне, которая имела налицо все признаки, как считают многие, заурядной миротворческой операции.
Итак…
Советским войскам категорически запрещалось подвергать авиационной и артиллерийской бомбардировке любые населенные пункты и уничтожать не оказывающего вооружённого сопротивления противника.
До и во время операции личному составу Красной армии неоднократно разъяснялось, что наша армия пришла в Западную Белоруссию и Западную Украину «не как завоеватель, а как освободитель украинских и белорусских братьев».
Кроме того, командиры и политработники были обязаны при каждом удобном случае указывать подчинённым «на необходимость соблюдения должного такта и вежливости по отношению к местному населению». При этом непременно подчеркивать, что их главная задача – «не допустить захвата Германией земель, населённых братскими нам народами».