— А теперь смотри, ничтожество!

Я решительно шагнул вперед, не вынимая ни меча, ни плазмогана. Раскинул руки и вспомогательные отростки, после чего сделал еще один шаг вперед. Медведь начал беспокоиться. Это был вызов, и он его принял. Встав на задние лапы, зверь сразу вырос, превратившись в косматую бурую гору. И попёр на меня. Я снова шагнул вперед, оценивая массу животного и его скорость, и только теперь заревел не хуже его самого. Рык вышел, какой и был нужен! Я задействовал обе дыхательные камеры, сжимая горло таким образом, чтобы разные тональности встретились и выдали такой звук, что его можно было принять за гул землетрясения и шум катящихся камней по склону горы. Местный зверь, видимо, не был знаком с нюансами моих шумовых способностей, и решил не испытывать судьбу. Он предпочел опуститься на землю и убежать по склону горы вниз.

— Понял? — я повернулся к лежащему Шаману. — Без оружия, один на один.

— Если бы он был голодный, то натянул бы твой затылок на морду, — ответил хрутт, замерший в неудобной позе, — и не посмотрел, какой ты здоровый и резкий.

Я без особой злобы пнул его по ноге. Для профилактики.

— Дело не в том, что он сытый, и предпочел мирный исход драке. Дело в духе. Если у тебя нет духа, то все твои слова, какой ты из себя герой — полное дерьмо. Слова должны соответствовать делу. А у тебя они расходятся друг с другом. Значит — что? Делай выводы, червь. А дух надо поддерживать демонстрацией своей силы и готовностью идти на смерть. Даже животное поняло, что я сильнее, а ты зассал!

Я освободил от узлов ноги хрутта и рывком поднял его за ворот телогрейки.

— Теперь ты пойдешь только так, со связанными руками. И мне нет дела, как ты будешь продираться через поваленные деревья или прыгать через ручьи. Твоих способностей хватит, чтобы дойти до могилы Великого Саджу. И этого достаточно для моих целей.

— Да завалят тебя там, сука! — заорал Шаман. — На что ты еще надеешься? На свой меч и четыре руки?

— А я тебе не говорил? — с видимым удовольствием я схватил пальцами хрутта за подбородок и вздернул его голову вверх. — За мной прилетит мой друг. И заберет домой. Он уже ждет моего сигнала. Так что поторопись, хрутт, и поменьше болтай своим языком.

Дежурная смена, заступившая на двенадцатичасовую вахту, приняла доклад операторов о нахождении объекта «П» на геостационарной орбите и начале разгона для входа в атмосферу. Майор Кожавин, старший дежурный ЦПК, тут же отметил на планшете траекторию спуска и нажал на кнопку прямой связи с Москвой.

Объект «П», а проще говоря, «Пришелец», движение которого около месяца отмечали мощные современные телескопы на Алтае и в Тункинском районе Бурятии, достиг своей цели. Сначала предполагали, что это какой-то неизвестный астероид «заблудился» или сбился со своей привычной траектории, и придали факту появления не больше времени, как и на остальные небесные тела. Но по мере приближения объект засветился на камерах космических спутников. Военные разведывательные аппараты среагировали на возмущение полей и направили свои камеры на это тело. Так и выяснили, что тело на астероид совсем не походит, не только из-за слишком правильной формы, но и из-за предсказуемого движения. Объект был похож на вытянутую огромную дыню или регбийный мяч, кому как подсказывало воображение.

Как только снимки этой «дыни» очутились в Москве, там поднялся страшный шум. Никто не ожидал, что в таком коротком интервале времени Землю посетит два космических корабля агрессивных пришельцев. И с этих пор все управление операцией по слежению и возможному уничтожению взяло на себя так называемая группа «Восток», входившая в структуру «Гюрзы». И майор Кожавин как раз был из этого подразделения.

— Дежурный оператор капитан Гришин, — раздался из динамика чистый и не забитый помехами голос, — слушаю.

— Майор Кожавин. Объект «П» начинает снижение. Прошу указаний для дальнейших действий. Привести в готовность гарнизоны ПВО или пропустить и только отслеживать траекторию?

— Конечная цель объекта выяснена?

— Корабль идет по пологой траектории в сторону Витимского плоскогорья. Даю координаты квадратов….

Выслушав Кожавина, московский дежурный молчал несколько секунд, принимая картинку со схемой прохождения «Пришельца» на свой монитор. Потом произнес:

— Переключаю на старшего смены подполковника Зотова.

В динамике послышалось какое-то мышиное шуршание, и уже другой голос, более властный, привыкший принимать нужные решения, произнес:

— Дайте команду продолжать наблюдение. При снижении объекта на допустимую высоту выслать звено сопровождения с полным боекомплектом.

— У нас нет таких самолетов, которые равны по скорости с «Пришельцем», — возразил Кожавин. — Вооружение и то в разы слабее их плазменных пушек.

Кожавин знал, о чем говорил. Захваченный в тайге неисправный летательный аппарат был уже досконально изучен техниками и инженерами. Машина пришельцев имела мощный двигатель, работавший на каких-то странных спаренных энергетических блоках, и всего числом четыре, и по версии исследователей, позволявший развивать скорость до быстрого гиперзвука, то есть примерно в десять-одиннадцать махов. Соответственно, под такую скорость и был сконструирован объект с несущим корпусом без крыльев.

Вооружение составляли две тридцатимиллиметровые пушки, выдвигавшиеся из чрева аппарата на специальных подвесных турелях, и стрелявшие плазменными сгустками, а также три дополнительных автоматических длинноствольных лазерных лучемета, призванные защитить экипаж от посягательств недружелюбных гостей в космическом пространстве. А в целом летающая дыня предназначалась для работы именно что на поверхности планет, а двигатель лишь позволял машине двигаться автономно какое-то время, после чего ее нужно было принимать на борт более крупного судна.