— Привет! — сказал М-Бот из кабины. — Вы едва не погибли, так что я произнесу пару слов, чтобы отвлечь вас от серьезного, ошеломляющего осознания вашей собственной смертности! Я ненавижу ваши ботинки.

Я рассмеялась, чуть ли не истерично.

— Я не хотел быть предсказуемым, — добавил М-Бот. — Поэтому сказал, что ненавижу их. Но на самом деле ваши ботинки довольно милые. Пожалуйста, не думайте, что я солгал.

Кобба в кабине трясло. У него дрожали руки, он смотрел прямо перед собой.

— Кобб, вы сели в корабль, — сказала я. — Вы летали.

— Эта штука безумна. — Он повернулся ко мне и вроде вышел из ступора. — Помоги мне.

Он отстегнулся, и я помогла ему выбраться наружу.

Скад, выглядел он ужасно. Первый за много лет полет дался ему нелегко.

Он спрыгнул с крыла.

— Тебе придется увести тот бомбардировщик обратно в небо. Не дай ему сбросить бомбу и испепелить меня. Я еще не выпил свою обычную чашечку кофе после обеда.

— Кобб. — Я наклонилась и посмотрела на него с крыла. — По-моему я… мысленно слышала креллов. Каким-то образом они просачиваются мне в голову.

Он схватил меня за запястье.

— Все равно лети.

— Но что, если я поступлю так же, как он? Что, если я обернусь против друзей?

— Не обернетесь, — сказал М-Бот из кабины.

— Откуда тебе знать?

— Потому что вы можете выбирать. Мы можем выбирать.

Я глянула на Кобба, но тот лишь пожал плечами.

— Курсант, в данный момент что нам терять?

Стиснув зубы, я скользнула в знакомую кабину М-Бота. Натянула шлем, пристегнулась. Взревел ускоритель.

— Это я его вызвал, — удовлетворенно произнес М-Бот.

— Но как? — спросила я. — Ты же отключился.

— Отключился, но… не до конца. Я размышлял. И размышлял. И размышлял. А потом услышал, как вы меня зовете. Умоляете о помощи. И я… написал новую программу.

— Я не понимаю.

— Это была простая программа, — пояснил он. — Она отредактировала одну запись в базе данных, пока я не смотрел. Заменила одно имя другим. Я должен следовать приказам моего пилота.

В динамиках раздался голос. Мой голос:

— Пожалуйста, ты мне нужен.

— Я выбрал нового пилота, — сказал М-Бот.

Кобб отошел, и я опустила ладони на рычаги управления, размеренно дыша и чувствуя себя… спокойно.

Да, спокойно. Это напомнило мне о первом дне в летной школе, когда я ощутила странную безмятежность, полетев в бой. Меня впечатлило, что я ни капельки не боялась.

Тогда это было невежество. Бравада. Я считала, что понимаю, каково это быть пилотом. И думала, что могу справиться.

Эта безмятежность была схожа с той, но в то же время совершенно противоположной. Это была безмятежность опыта и понимания. Пока мы поднимались в воздух, я обнаружила, что во мне крепнет уверенность иного рода. Рожденная не из сказок, которые я сама себе рассказывала, и не из чувства натужного героизма.

Я знала.

Когда меня сбили в первый раз, я катапультировалась, потому что не было смысла погибать вместе с кораблем. Однако когда смысл появился, когда было жизненно необходимо попытаться спасти корабль, даже если шансы на успех весьма призрачны, я осталась в кабине и сделала все возможное, чтобы удержать корабль в воздухе.

Моя уверенность была уверенностью человека, который знает. Никто никогда не сможет убедить меня в том, что я трусиха. Неважно, кто что говорит, думает или заявляет.

Я знаю, кто я такая.

— Вы готовы? — спросил М-Бот.

— Думаю, впервые да. Мне нужна вся твоя скорость. О, и выключи систему маскировки.

— Правда? Зачем?

— Потому что я хочу, чтобы они видели, что на них идет.

Джуди Айванс по прозвищу Железнобокая смотрела, как креллы приближаются к «Альте».

Помещение штаба заполняли радиопереговоры, но не обычные боевые — влиятельные семьи сообщали, что сбегают на своих кораблях. Трусы, все до единого. В глубине души Джуди знала, что так все и обернется, но это все равно разбивало сердце.

К ней подошел Рикольфр с донесениями. Кроме нее он был единственным, кто еще наблюдал за происходящим по голопроектору. Вокруг царил хаос, операторы и младшие адмиралы объявляли срочную тревогу в Вулканической, приказывая немедленно эвакуироваться.

Если от этого вообще был толк.

— Сколько бомбардировщику осталось до «Альты»? — спросила Джуди.

— Меньше пяти минут, — ответил Рикольфр. — Прикажете эвакуировать командный центр в какую-нибудь глубокую пещеру? Возможно, они достаточно безопасны.