Линк

Когда я вернулся в дом, отцовской машины уже не было. Я был рад, что больше не увижу его. Схватив ключи от машины, я направился в город. Наш громадный дом возвышался на холме, откуда открывался вид на маленький городок, которым правил мой отец – яркий, блестящий символ его богатства и статуса.

Оказавшись в закусочной, я устроился в угловой кабинке, которая никому не нравилась. Она была несколько скрыта и располагалась в непосредственной близости к кухне, отчего запах жира из фритюрницы витал в воздухе. Старый кондиционер, висевший над дверью, не обладал достаточной мощностью, чтобы проникнуть так далеко, поэтому здесь было жарче, чем во всем остальном помещении, и место обычно пустовало.

На мою удачу.

Со своего наблюдательного пункта я мог смотреть на Санни, как она разливала кофе или накладывала мороженое всегда с дружелюбной улыбкой.

Она была такая красивая. Ее волосы были собраны в высокий конский хвост, блестящие светлые локоны переливались под искусственным светом.

Несмотря на невысокий рост Санни невозможно было не заметить. Ее улыбка, смех и доброта, с которой она относилась ко всем, выделяли ее из толпы.

Когда она подошла к моему столику, озорная улыбка приподняла уголок ее губ, а в глазах заплясали огоньки.

– Привет, Линкольн. Не ожидал увидеть тебя здесь сегодня.

Я подмигнул ей.

– Привет, детка. Я был голоден, - сказал я, косясь на ее упругие сиськи, обтянутые униформой. Короткая юбка демонстрировала ее загорелые ноги. Я не был голоден, но она знала это.

Санни отложила меню и оглянулась. В данный момент закусочная была не слишком оживленной, в основном сидели завсегдатаи, потягивающие кофе и сплетничающие. Рядом никого не было, поэтому она наклонилась и быстро поцеловала меня, а потом села напротив.

– Привет, - прошептала она.

– Привет.

– Ты в порядке?
– Она нахмурилась.
– Твой отец опять на тебя набросился?

Я провел рукой по лицу.

– Откуда ты знаешь?

– У тебя всегда появляется эта морщинка на лбу, когда ты расстроен, а твой отец всегда тебя расстраивает.

– Я в порядке.

Она наклонилась ближе.

– Он... он причинил тебе боль? – с тревогой спросила она.

– Нет.

Над дверью звякнул колокольчик, и она встала.

– Я скоро вернусь. У меня перерыв через десять минут, и мы поговорим.

Мои мысли вернулись к тому времени, когда мы с отцом в последний раз разговаривали.

Его кулак врезался мне в ребра, останавливая дыхание и вызывая мучительную боль во всем теле. Он точно знал, как ударить, чтобы никто не увидел, и причинить боль без необратимых повреждений.

– Я же сказал тебе бросить эту чертову суку. Ей нет места в твоей жизни.

Я стоял на коленях, хватая ртом воздух, мои мысли метались.

Я облажался. Купил Санни цветы со своей кредитной карты.

У нее был плохой день, и я хотел сделать что-нибудь, чтобы заставить ее улыбнуться. Я даже заказал их доставку, вспомнив, как она однажды сказала мне, что ей никогда не присылали цветы.

Мой отец увидел счет в выписке и проследил его.

И теперь я принимал наказание.

Он схватил меня за волосы, приподнимая мою голову. Гнев на его лице был пугающим.

– Или ты ее бросишь, или я вышвырну ее из города. Всю их семью. Понял? Гребаная золотоискательница, которая каким-то образом убедила тебя, что ты ей нравишься, не испортит мои планы. Ей не видать моих денег.

Последовал еще один удар, и я потерял сознание, а, когда проснулся, был уже один.

Санни увидела синяки и заставила рассказать, что случилось. Она в ужасе выслушала меня и решила, что нам нужно расстаться.

– Я этого не стою, - заплакала она.
– Кто-то должен его остановить.

Я вцепился в нее, отказываясь отпускать.

– Никто не сможет остановить его, малышка. Я тебя не брошу. Но я боюсь, - признался я.
– Боюсь того, что он сделает с тобой.
– Я глубоко вздохнул.
– Не оставляй меня, Санни. Не заставляй снова возвращаться к одиночеству.

Она обняла меня.

– Я не хочу этого делать.