А раз объект,имеющий такое огромное значение, не вышло защитить секретностью – его защищают оружием.

Вот эта дорога в две полосы бетонных плит – единственный участок на этой территории, по которому можно относительно свободно перемещаться. Очень относительно и при наличии всех положенных допусков и разрешений.

И проверят их у нас еще не раз.

– Держим темп! Не болтаем! – рявкнул Лисовский, реагируя на переговоры где-то впереди.

«Козел» – отпальцевал мне бегущий впереди Тревор.

Я ухмыльнулся.

Возразить на условный знак мне было нечего.

Солнце величественно клонилось к горизонту, слепя глаза и вытягивая наши тени в длинные полосы.

До базы оставалось еще примерно столько же, сколько мы уже прошли, плюс еще три проверки.

Мэнди

– Проходите, – вежливо пригласил солдат, открывший мне дверь в комнату, которой предстояло стать моим жилищем на ближайший месяц.

Узкая и тесная, но одиночная (как хорошо приравниваться к младшему офицерскому составу!).

Койка, стол, шкаф. Полка над столом. Чисто до стерильности. Аскетично.

Но есть, где вытянуться во весь рост и куда бросить вещи – и, по большому счету, достаточно.

Переход от границы безмагической зоны до щитовой дался мне тяжело.

Не только потому, что я отвыкла от нагрузок, но еще и потoму, что приходилось делать вид, будто мне все не почем.

когда лямки рюкзака надавили плечи, не разношенные и жесткие армейские ботинки трут, а от непривычной нагрузки гудят мышцы, изображать беспечную туристку на легкой прогулке как-то…

Но упрямство и задетое самолюбие толкали на глупости и требовали держать лицо.

Я осторожно, почти со стоном опустилась в постель поверх покрывала.

Сейчас, две минутки полежу,и разложу вещи по местам.

По прибытии на базу нас не распустили отдыхать сразу же – и тут у меня претензий не имелось.

Новичка требовалось внести в защитные настройки Щита, иначе меня испепелило бы припервой же попытке пройти дальше приемника-распределителя.

Доставить такую радость ближним я не могла.

Внесение нового лица в списки лиц, допущенных к пребыванию на щитовой – дело не быстрое.

И непростое: от мощи магии, задействованной в процессе, у меня аж зубы заломило.

Повторяя за капитаном-безопасником слова клятвы, я чувствовала , как меня опутывают магические нити, как они впиваются в мою ауру и сливаются со мной, становятся неoтделимой частью моей энергетической структуры.

«Защищать, невзирая ни на что, если понадобится, ценой собственной жизни» – это не просто слова.

С того момента, как я произнесла их, с того момента, как путы заклинания легли на меня – я не оставила себе выбора.

Я буду защищать,или умру.

Я буду защищать, потому что с этого момента в моей системе ценностей и приоритетов на первом месте стоит и всегда будет стоять безопасность портальной системы «Щит».

Такие клятвы не имеют oбратной силы.

А такая магия запрещена законом в большей части сфер, и исключение делается лишь для отраслей, связанных с безопасностью всего мира.

Да и приносятся они сугубо добровольно,только теми, кто осознанно и взвешенно сделал такой выбор.

Я сделала свой выбор осознанно и взвешенно.

Я не чувствовала внутреннего противления, произнося древние слова.

Группа уже давно расползлась по местам, и только Маккой терпеливо ждал, пока безопасник прекратит меня терзать.

Хотя мог бы и уйти – мой пропуск уже отвязали от его,и передвигаться парой мы уже были не обязаны.

Телохранительские же его oбязанности, по большому счету, распространялись лишь на работу с порталом.

Опекать меня во все остальное время инструкции его не обязывали.

Мог бы уже идти злорадствовать вместе с остальными!

Возможно, я была к нему несправедлива, но эти ребята тоже не являли по отношению ко мне oбразец беспристрастнoсти…

– Мисс Феррерс, можете быть свободны, – вмешался в мои мысли капитан, поставив последнюю печать в мои документы, и Маккой, мирно дремавший в углу весь последний час, оказался рядом и с небрежным видом подхватил мой рюкзак на плечо.

– Идем, я покажу тебе жилой сектор, - хмуро бросил он.