Ладно. Завтра свяжусь с мужиками, с кем еще не окончательно расплевался. В армии сплетни разносятся, опережая скорость света. Кто-то что-то знает.

– Пфе,тоже мне,тайна! – вплыла в кухню Мэнди с Поганкой на плечах.
– Завтра с утра позвоню адвокату,и вcя тайна. А учитывая, что вы прибыли в сопровождении людей моего брата – ещё раньше. Ну же, не кукситесь, детектив. Спорим, речь идёт о приписках и недостачах?

Я в принципе склонялся к этой же версии. Но не давала покоя мне фраза про более серьезные преступления, брошенная детективом раньше.

– Если бы, - поколебавшись, сдался детектив.
– Приписки с недостачами – это еще полбеды. Куда хуже то, что боевые артефакты, якобы использованные для остановки прорыва, полковник Арвенгейл продавал в менее развитые страны с текущими внутренними конфликтами, используя для доставки к горячим точкам порталы системы «Щит»…

– Но… - из горла Мэнди вырвался задушенный писк.
– Но это же невозможно! Порталы «Щита» жестко контролируются,там стрoжaйшая отчетность, обойти ее нельзя!

манда сжала кулаки,и Поганка, недовольная взрывом эмоций, перепорхнула на руки ко мне, и я машинально запустил пальцы в мягкое оперение, успокаивая птенца.

Может, принцесса, ещё как может.

Бедная моя девочка… Для Мэнди «Щит» – неприкосновенная святыня.

Магия побери, да для большинства из нас это святыня. Мы, поколение, не заставшее масштабных прорывов, выросли на книгах и фильмах о них. На историях о подвигах предков и о том, насколько страшно это было.

Система «Щит» полностью освобождена от любого утилитарного использования. на могла бы разгрузить пассажиропоток и грузопоток, приходящийся на перегруженные магистрали, могла бы приносить огромные прибыли… Но все государства-разработчики, а затем и участники системы приняли решение, что она должна оставаться вне экономики. За махинации со стажировками аристократов полковника выперли бы с теплого места в частности и из армии в целом. За торговлю боевыми артефактами – посадили бы. За использование в подобных целях «Щита» один вариант – смертная казнь. Это не просто контрабанда. Любое несанкционированное использование «Щита» трактуется как угроза государственной безопасности. раз речь идет о нескольких государствах – то, полагать, международной.

В голове у меня со щелчками вставали на место детали пазлов, картина складывалась.

Ведомости по артефактам строгой отчетности, видимо, подделывали тем же способом, что и инструкцию Аманды. Легонькая иллюзия – и мы видим цифры, которые сами же назвали, и ставим подписи, а потом иллюзию развеивают,и проставляют то, что им нужно. Потому и с Мэнди всё прошло без сучка, без задоринки – отработанный метод, чего там.

что касается контроля над порталами «Щита»…

– Видите ли, мисс Феррерс, систему мониторинга состояния порталов в том виде, в котором она сейчас существует в ейталии, ввел именно полковник Арвенгейл, - с некоторым даже сочувствием сообщил дeтектив Аманде то, что я и так знал. – Регулярные перемещения портальных магов в тестовом режиме были именно его идеей. Эта система быстро получила распространение. Она дала возможность выявлять сбои и неисправности в порталах «Щита» на ранних сроках, и устранять их до того, как они могли стать причиной катастрофы при экстренной эвакуации населения в случае ЧС, помогла отладить взаимодействие служб, обслуживающих порталы. Но помимо этого… позволила скрыть за возросшей активностью частные перемещения отдельных лиц,имеющих допуск.

Угу. потом пришла манда. И сходу начала обещать всевозможные проверки. Не Комиссии по Наследию древних родов испугался полковник, выходит.

– В преступную группировку полковника входили наиболее доверенные его подчиненные. Не только на девятке, - он взглянул на меня, - Но и по всему рейталийскому сектору. Хотя правду знали единицы, как мы думаем. Сейчас мы активно вычисляем, кто из подчиненных Арвенгейла был в курсе истинного положения вещей, а кто был уверен, что дело ограничивается хищениями артефактов.

Мэнди с задумчивым лицом добыла себе из-под стола стул, села, аккуратно сложила руки на столе. И уточнила:

– А в каком контексте вы сейчас допрашивали лейтенанта Маккоя?

Поганка, реагируя на подозрительные интонации в ее голосе, подняла голову и бдительно уставилась на детектива.

– Надеюсь, вы понимаете, что если бы он был в чем-то замешан, то он сам бы меня в тот портал впихнул, а не вытаскивал всеми силами из другого мира?

Детектив вполне мог ответить, что вытаскивал я из другого мира не только ее, но и самого себя, так что это не показатель. Скорее всего, он именно так и думал. Но под хищными взглядами прекрасных дам благоразумно решил не нарываться и рассыпался в заверениях, что он-де и в мыслях подобного не имел.

Безнадежно испорченное настроение слегка поднялось.

Вот конкретно в этой ситуации я не опасался, что меня могут попытаться сделать крайним. Но беспокойство Аманды грело.

– Вы полагаете, есть основания подозревать, что мне или мисс Феррерс может грозить опасность?
– деловито уточнил я, взглянув на молчаливогo мага,тихо присутствующего в уголке.

Не слишком-то мне в это верилось, но ведь зачем-то детективы явились ко мне в сопровождении трех боевых магов.

– Мы, – голосом выделил местоимение детектив, – Считаем, что нападать на вас с мисс Феррерс абсолютно бессмысленно. Наличие или отсутствие ваших показаний уже ничего не решает, вина полковника по выдвинутым обвинениям подтверждается вещественными доказательствами, а не показаниями двух, хоть и ценных, свидетелей. Разве что в качестве мести – но месть для полковника сейчас слишком дорогое удовольствие.

Ага, «ценные» – это, видимо, реверанс в сторону самолюбия аристократки. Зачтено, чего уж.

– Но, - продолжил он, - поскольку род Феррерс как пострадавшая сторона выбил себе правo курировать расследование,то у них, как вы сами видите, есть собственное мнение по данному вопросу. Так что, подпишите протокольчик, лейтенант,и мы, пожалуй, поедем. Пора!

Действительно, пора: часы на полке показывали час ночи с лишним.

– Слушайте, а чего вы явились-то за полночь с вашим допросом?
– полюбопытствовал я, читая и ставя подписи в нужных местах. – Это до утра, что ли, не терпело?