Моя майка была пропитана потом, как и постель подо мной. Тяжело дыша, я перевернулся на спину, освободив прижатую женой руку. Я лежал, отходя от кошмарного сна, и смотрел в потолок, выкрашенный в сиреневый цвет по заказу супруги лично мной. По ее же просьбе я сделал его рельефным, но сейчас, глядя на все эти капли и выступы в темноте, я видел только багровую жидкость, сочащуюся из чьих-то бесконечных ран. Может, переделать потолок?

Той ночью мне очень плохо спалось, и состояние под утро было соответствующим. В голове роились прежние мысли, порожденные моей нерешительностью и неуверенностью.

Встав в семь часов, я тихонечко пробрался на кухню и сделал себе чашку кофе и бутерброды. Это был мой традиционный завтрак, который я потреблял каждое утро на протяжении двух лет. Три бутерброда с маслом и сыром вкусно лежали передо мной на тарелке, а чашка кофе распространяла легкую ароматную дымку, застыв в моей руке. В это утро, в нарушение своей традиции есть за столом, я стоял у окна, рассматривая улицу. Мужик у гаража что-то говорил по телефону. Кажется, его собеседник не соглашался, и мужик несколько раз махнул рукой и со злостью закинул телефон в кусты. Не предприняв даже попытки достать его, он сел в машину и выехал с территории гаражей. Я смотрел на все это и пытался представить себя на месте этого человека. Я опомнился бы и, рискуя исцарапаться, полез бы за своим телефоном в шиповник. Похоже, люди с деньгами действительно мыслят по-другому.

– Вот черт! – прошипел я как можно тише, чтобы не разбудить своих домочадцев. Размечтавшись о возможности раскидываться телефонами, я не заметил, как немного перевернул на себя чашку. Темный напиток потек на домашнюю футболку, и я порадовался, что несколько месяцев назад отказался от привычки сначала одеваться на работу, а потом пить кофе. Легкий ожог, конечно, появился, но это никак не повлияло на мою готовность к выходу. Быстро доев бутерброды и залив их остатками кофе, я переоделся и снова подошел к окну. Интересно, он вернулся за телефоном или тот дожидается своего нового владельца?

И тут моего уха достиг противный звук. Сосед, а в том, что это был именно он, я не сомневался, чем-то стучал по двери. Грохот поднялся такой, что наша люстра в коридоре затряслась в том же ритме. Быстро накинув туфли, я выскочил из квартиры, намереваясь застать этого злыдня в разгар преступления.

Удивлению моему не было предела. На площадке, не слишком умело орудуя молотком, сосед чинил свою дверь. Прямо посередине этого синего чудовища красовалась свежая вмятина, а замок был вырван с корнями и лежал на полу, на том самом месте, которое недавно мыла моя жена. Коля стучал по двери импровизированным молотком, сделанным из открывалки и прикрученной к ней металлической кружки. Признаюсь, такое «гениальное решение» я видел впервые в жизни.

– Ты бы еще сковороду взял! – Я остановился возле своей двери: не хотелось получить по голове оторвавшейся кружкой.

– О, сосед! А ты правильную мысль говоришь. Да только моя не разрешила сковороду брать. Говорит, что я со своим счастьем ее сломаю. Ну не дура, а? Слышь, а у тебя отвертка большая есть под крест? Я отдам, ты же меня знаешь! Да и молоток мне не помешает. Дай, а, по-соседски?

Я уже собирался отказать этому не очень приятному мне человеку, но он, не дав мне рта открыть, проявил удивительную смекалку.

– Слышь, ты только не говори, что у тебя нет. Ты же ремонт дома делал? Делал! А значит, инструмент должен быть. Дай молоток, не будь сволочью.

Не в силах сдержаться, я рассмеялся и пошел домой. Может, он и не вернет мне инструменты, но хоть развеселил с утра.

Стараясь не шуметь (хотя после поднятого соседом шума любые мои действия можно считать шепотом на базаре в людный день), я пробрался на балкон и достал из встроенного шкафа все необходимое. Коля, увидев в моих руках желанные инструменты, сразу подобрался и шагнул ко мне.

– Э, нет! – я быстро убрал руку за спину. – Давай договоримся так: я даю тебе эти инструменты на один рабочий день, и ты сам заносишь их мне сегодня вечером. Это первое условие. Второе: ты начнешь стучать только после девяти утра, когда моя семья уже выспится. По рукам?

– По рукам. Не очень-то и хотелось сейчас двери чинить. Это все Наташка моя. «Сделай, сделай!» – а сама сковороду зажала. – Он подставил мне свою ладонь и, как бы ни было противно, пришлось ее пожать. Ладонь была потная и грязная. Скорее всего, он испачкался о свою засаленную кружку. А чем он довел до такого состояния последнюю, мне даже думать не хотелось. Вручив ему обещанное, я направился к лифту, понимая, что уже немного опаздываю. Позвоню напарнику, предупрежу, ведь у нас принято прикрывать друг друга.

Выйдя на улицу, я нарушил свой привычный маршрут. Вместо того чтобы сразу пойти к остановке, я решил заглянуть к гаражам. Обойдя куст шиповника, разросшийся до невероятных размеров, я посмотрел на наш дом. Наблюдающих вроде нет, значит, можно пошарить рукой в кустах. Из окна это казалось более простой задачей, но, подойдя сюда, я никак не мог осмелиться приступить к поискам. Телефона не было видно, так что мне пришлось бы рыться в зарослях. Недавно сюда повадились лазить наркоманы, и я сам несколько раз видел, как они что-то бросали в кусты. Думаю, это были использованные шприцы, так что риск нарваться на неприятности был велик.