— Ты как тут оказалась? — сказал Максим. — Заблудилась?

Анжела улыбнулась. Она стояла, вытянувшись по струнке. Белый топ на тонких бретельках, черная юбка. Золотые колечки-сережки в ушах, черная сумочка на плече, из зажатого в руке пакета выглядывает горлышко винной бутылки. Несмотря на каблуки, ее макушка была как раз на уровне глаз Максима.

— Нет, — сказала Анжела. — Я по навигатору к вам ехала. Простите, что так поздно. Раньше не получилось. Я заехала домой переодеться. От моего дома добираться сюда сорок минут. И еще помылась. Хорошо, что вы не спите! Ой, у вас столько волос на груди! Нужно купить крем-депилятор. Я читала, что лучше покупать с ромашкой, а если у вас чувствительная кожа — с алоэ. Можно я войду?

Максим посторонился, поддавшись словесному напору. Плечо девушки скользнуло по его груди. Излишне резкий сладковатый запах духов. Шуршание целлофана.

— Ну и квартиру вам подсунули! Вам нужно договориться с хозяевами и в счет арендной платы произвести ремонт. Уговорите их хотя бы поклеить обои.

Девушка примостила туфли на обувную полку, сумочке нашла место на крючке рядом с зонтом. Одернула края короткой юбки. В ее непривычном образе Максим выделил голые плечи и острые коленки, ярко-красный лак на ногтях пальцев ног.

— Где у вас кухня? — спросила Анжела. — Ага. Я купила пирожные. Только одно мне подсунули мятое. Я постеснялась заменить его. И еще вино. Вы пьете красное вино? Я пить не буду — за рулем. Так что вся бутылка для вас. Ой, забыла одеть тапочки. Я свои прихватила. Читала, что от чужой обуви можно заразиться грибком. Вы не вымыли посуду. Я вам потом помогу. Вы кипятите бутилированную воду или наливаете в чайник прямо из крана?

— Стоп-стоп-стоп!

Максим поднял руки, призывая к тишине. Он стоял на пороге кухни, в которой происходила непонятная ему суета. Следил за мелькавшей на фоне темного окна худощавой фигуркой.

— Ты что делаешь? — спросил Максим.

— Хочу заварить чай, — сказала Анжела. — Я не знала, есть ли у вас хороший. И потому привезла свой. С ароматом земляники. Вам понравится.

— Я не о том. Как ты тут оказалась?

— Приехала на машине. Еле нашла, где припарковаться у вас во дворе. Наверное, поблизости есть платная стоянка, но я не стала тратить время на поиски. Боялась, что вы уснете, и придется вас будить. Я очень много болтаю? Так всегда, когда волнуюсь. Не обращайте внимание. Просто я не привыкла находиться ночью наедине с мужчиной. К тому же, вы не одеты.

Рука Максима дернулась к груди, словно проверяя наличие рубашки. Несмотря на жару, захотелось набросить что-нибудь на плечи.

Максим указал пальцем на стену, где за мутным стеклом притаились стрелки часов.

— Я все, конечно, понимаю. Но поздновато уже для походов в гости. Как ты меня нашла? Снова Маис подсказал?

— Нет. Света. Она сказала, что вы будете мне рады. Я зашла бы раньше, но никак не получалось. Света настаивала, что мне нужно быть в новом белье, но у меня не было денег. Маме только недавно перечислили аванс. А у вас уже появилась эта рыжая. Я случайно сегодня услышала, что ее не будет. Вот и приехала. Может, вы сами заварите чай? У вас лучше получится. Мне нужно еще кое-что сделать.

Девушка прошла мимо Максима быстро и бесшумно, оставив шлейф из запаха духов.

Максим провел ладонью по уже колючему затылку. Посмотрел на стол: бутылка вина, пачка чая, эклеры. В шуршащем пакете было что-то еще, Анжела унесла это с собой.

Максим напряг память, вспоминая, есть ли у него заварочный чайник. Обычно Максим использовал чайные пакетики. Да и те — очень редко: предпочитал кофе. Рассеянным взглядом пробежался по кухне, не совсем понимая, что и зачем собирается делать.

Увидел свое отражение в стекле окна: глупое выражение на лице, голый торс, брюки с не застёгнутой молнией на ширинке.

— Кошмар. Какой может быть чай? Что за бред?

Максим обернулся, прислушался.

— Слушай, Анжела, — сказал он, — а твоя мама вообще в курсе, куда ты поехала?

Он пошел на поиски девушки.

Верхний свет в комнате погашен. На столе, на шкафу, на полу вздрагивает пламя свечей. Пузатые баночки, в которых пляшут яркие огоньки. В воздухе появился цветочный аромат. Окно зашторено.

Максим щелкнул выключателем.

Бумажник, ключи, телефон перекочевали с дивана на стол. Их место заняла стопка чужой одежды и баночка со свечой. Рубашка Максима переместилась на спинку стула, носки притаились под столом.

— У вас здесь муха летает.

Анжелу Максим обнаружил на кровати. Девушка сидела, выпрямив спину, испугано смотрела на него большими темными глазами. Часто вздымались ее обтянутые тонкой кожей ребра, на верхней складке пупка блестело колечко. Белое шелковое белье, контрастно выделялось на фоне ровного загара. Анжела замерла, скромно сведя вместе колени и уложив ладони на бедра.