— Что случилось? — спросил голос Кассандры. — Кто пытается заставить тебя покинуть Игру, Джекс?

Я испуганно взглянула на экраны и увидела на одном из них её изображение. Мои щёки вспыхнули от смущения.

— Джекс должна уйти из Игры, пока я не поймаю Жнеца, — пояснил Ястреб. — Игротехники обнаружили, что у него стирающее оружие. Оно может удалить сознание игрока, разрушить его разум, и я боюсь, что он проделает это с Джекс.

— Да ты можешь годами охотиться за Жнецом! — взорвалась я. — Или вообще никогда его не поймать! Я не буду прятаться в Едзаконе, пока не сдохну от старости!

— Тебе придётся выйти из Игры, Джекс, — повторил Ястреб.юуюяуы — Ты возненавидишь меня за разморозку, но лучше будешь жить и ненавидеть, чем закончишь пустым замороженным телом в контейнере.

Кассандра окинула нас обеспокоенным взглядом.

— Пора на собрание. Все уже ждут нас в Амфитеатре.

Её образ исчез.

— Мне тоже пора, — сказал Ястреб. — Прости, Джекс, но… Игровая команда. Требую перехода между мирами в Амфитеатр.

Он растворился в воздухе.

Глава 27

Я отдёрнула шторы, закрывающие окно в большой комнате моего дома, и долго стояла, глядя на раскалённую роскошь Юпитера. Мой гнев сменился депрессией. Юпитер выглядел даже более великолепно, чем в снах, но я всегда представляла, как со мной на Ганимеде будет отец, а теперь делила пляжи лишь с памятью о нём.

Я сморгнула влагу, повернулась спиной к окну и попыталась успокоить себя тем, что теперь мои отношения с мамой должны стать ближе. Я вспомнила нашу последнюю беседу. Мама заставила себя говорить о страшном прошлом опыте, потому что волновалась за меня. Я не могла пригласить её на Ганимед, слишком много плохих воспоминаний, но, возможно, когда-нибудь она позовёт меня к себе на Коралл.

По спиральному коридору я прошла в другую комнату, набитую одеждой и множеством безделушек. Печаль превратила мой гнев в покорность. Со стороны Ястреба было глупо приказывать размораживаться из Игры. Лучше бы он дал мне самой принять решение. Но с моей стороны было так же глупо упорно настаивать остаться в Игре, невзирая на последствия.

Суровая правда заключалась в том, что здесь от меня не будет толку, только лишние заботы. Команда Игротехников станет охранять меня днём и ночью, и я не посмею отправиться куда-либо с Ястребом, вдруг он погибнет, пытаясь защитить меня от Жнеца.

Сдаваясь, я выдохнула. Я любила свой новый дом, но мне придётся покинуть его и вернуться в реальный мир. Придётся проводить бесконечные дни и ночи в Едзаконе, ожидая, пока Жнец нападет на Ястреба, и зная: нет никаких гарантий, что Майкл выиграет этот бой. У Жнеца будет не только простое оружие, но и другие предметы, которые дадут ему дополнительные преимущества.

Я глубоко вздохнула, взяла ручное зеркальце, постучала по стеклу и послала Натану сообщение с просьбой позвонить мне по защищённой линии. Минутная задержка, и лицо моего друга появилось в зеркале. Он сидел перед экранами в квартире.

— Привет, Джекс! — восхищённо выдохнул он. — Роскошно выглядишь!

Я отметила выражение лица Натана, инстинктивно взглянул на себя и запоздало поняла, что платье кое-где было полупрозрачным. Не откровенно невидимым, только намёк, но сейчас меня волновало другое.

— Ястреб хочет, чтобы я разморозилась и присоединилась к тебе в офисе Едзакона, — прямо призналась я. — Он обеспокоен, что Жнец будет следить за нами обоими и может напасть на меня со стирающим оружием.

Натан сочувственно сморщился.

— Меня это тоже беспокоит, Джекс. Тебе, наверное, гадко от одной мысли покинуть Игру, но это самый безопасный вариант.

— Я знаю.

— Здесь неплохо, — добавил Натан. — Я отлично провожу время.

— Ты отлично проводишь время, изучая подноготную Игры. А мне вся эта техническая белиберда неинтересна. — Я безнадёжно махнула рукой. — Ладно, забудь. Я звоню, потому что ты сказал, мол, кроме следилки и стирающего оружия Жнец ещё что-то сделал. Но ведь он теперь не стал быстрее или сильнее других игроков? Потому что если так, у Ястреба нет ни одного шанса.