Обзор ограничивал забор, и как Босой не пытался что ни будь разглядеть, ничего не получалось, но тут от усилий в голове что-то щелкнуло, и на мгновение он почувствовал всех живых существ в округе. Ощущение тут же пропало, оставив после себя тошноту и чувства горечи во рту, но видение как будто отпечаталось в памяти. Понимая, что времени не осталось вовсе, и сделать фактически ничего нельзя, Босой, подхватив свой ПТР, протиснувшись сквозь прутья, свесившись вниз спрыгнув на дорогу, и побежал к вышке.

Такая его торопливость была вызвана тем, что за забором он четко почувствовал десяток матёрых тварей, а дальше, на грани чувствительности, что-то ещё более огромное и жуткое. При этом дорога шла вверх, к тому же обзору мешала колонна, а вступать в ближний бой у Босого тем более не было ни малейшего желания, так что его выбор пал на вышку, как единственный приемлемный вариант.

За спиной Босого раздался рев множества глоток, смешанный с криками страха и выстрелами из всего, что могло стрелять, так что он без колебаний сбил замок на воротах выстрелом из пистолета. Вбежав на территорию, и повесив ПТР за спину, Босой мельком оглянулся, и ему остро захотелось вместо того, чтобы карабкаться наверх, бежать куда подальше. С трудом переборов себя, он полез наверх, хотя мог бы и не рисковать, так как за неполных пять минут уже половина грузовиков потеряла большую часть брони, а два вообще валялись на боку.

Забравшись на два сегмента, и оказавшись чуть выше колонны и забора, Босой, как мог устойчиво раскорячился между лестницей и обрешёткой, при этом умудрившись достать из футляра и приладить на планку Пикатинни оптический прицел. Хлебнув живца, и уняв дрожь, он лазерным дальномером измерив расстояние, и внеся поправки, стал напитывать энергией 14,5 мм пулю, выцеливая среди колонны самого крупного рубера.

Элита появилась внезапно, отбросив в сторону головной грузовик, и боднув головой следующий, от чего тот развернулся. Схватив его лапами, перевернул кверху колесами на крышу следующего грузовика. Дальше, не снижая темпа, опрокинул оба, и принялся за следующий, в несколько десятков секунд разгромив и так потрёпанную колонну, а стая вытаскивала из обломков тела.

Выстрелить Босому удалось лишь тогда, когда Элита практически добралась до хвоста колонны, и когда она замерла на секунду, что-то высматривая, пуля вошла в районе спорового мешка, проломив биологическую броню. Судорожно хлебнув из фляги живца, и пытаясь от потраченных ресурсов организма не потерять сознание, Босой достал один из оставшихся четырех патрон, зарядил его, не забыв спрятать гильзу в карман, - такие боеприпасы были дефицитом, и стоили немало, так что перезаряжались многократно.

Ещё раз отпив из фляги, и немного придя в себя, Босой обнаружил, что Элита не шевелится, да и вообще никакого движения не заметно, лишь вдалеке увидел зараженных, спешащих покинуть столь опасное место. Ему вспомнилось, Утюг говорил, что зараженные сторонятся мест, где гибнет Элита, так что, спустившись вниз, он дошел до разгромленной колонны, и с трудом вскрыв споровый мешок, уставился на вновь свалившиеся на него сокровища.

Договор был расторгнут в связи со смертью нанимателя, так что Босой без зазрения совести присвоил себе трофеи, не промедлив с приемом жемчужины, на этот раз красной. Из оружия он присвоил себе СКС, так как прочее было либо повреждено, либо находилось в отвратительном состоянии. Кроме того, собрал все патроны к нарезному оружию, как легко реализуемый товар, живец, немного еды, и уже через час, нагруженный как мул, выдвинулся в сторону пекла, зарекшись, когда ни будь, вступать в команды, и даже иметь напарников.

Так он и шел, счастливый от того, что смог осознанно активировать дар сенса, что в его кармане лежит пакет со споранами и целых двадцать восемь горошин, не считая янтаря в рюкзаке. У него крепла уверенность, что сможет добыть достаточно Элитников, чтобы прокачаться, и смочь если не диктовать Улью свои правила, то хоть быть с ним на равных.

Правда, он не знал, что уже через несколько часов свалится, и будет пережидать мучительное преображение в кваза в каком-то гнилом, вонючем сарае. И что добыча жемчуга ни раз, и даже не десять будет ставить его на грань смерти, а когда изредка будет возвращаться в цивилизацию, то будет вызывать у окружающих или страх и отвращение, или желание воспользоваться в своих целях, даже против его воли.

Воспоминания Босого прервал сигнал при очередной активации дара сенса, включающегося периодически сам по себе, и так же, как глоток живца и управление квадром, не требующий от него постоянного внимания. Да и при срабатывании сигнала его руки сами корректировали движение, выбирая обходной маршрут, если ощущалось присутствие лишь слабой стаи или одинокого топтуна, или кусача. Сейчас же сигнал показывал, что впереди, всего метрах в ста пятидесяти, серьезный зараженный, вероятнее всего Элита, и уже поздно объезжать, оставалось только бежать или драться.

Тварь появилась внезапно, и телепортировалась сразу метров на сто, и Босой едва успел утопить «газ» до того, как она приблизилась вплотную - матёрый Элитник со способностью скрыта и локальной телепортации. Разъярённый рёв сзади быстро удалялся, внутренний сканер Босого утверждал, что вокруг либо больше нет заражённых, либо они умело прячутся.

Не став слишком отрываться, чтобы не упустить добычу, считавшую себя охотником, он остановился с заносом, единым движением достал из седельного чехла и вскинул винтовку. Время для него слегка замедлилось; энергия из рук полилась в пулю, а палец плавно надавил на спусковой крючок, и пуля, попав в глаз Элите, оставила отверстие в бронированной роговице, с ветвящимися трещинами, ведущими от неё. Так как Элитник споткнулся, и пробороздил носом траву, серую субстанцию, которая у зараженных вместо мозга, повредило тоже основательно - один выстрел, пара жемчужин, горох, спораны и янтаря оказались у Босого в кармане.