– Привет, парни, Уши, - как дела?
– спросил Босой у скучающей, но при их приходе радостно оживившейся сидящей за столом команды и, проорав в сторону ресепшена «накормят тут трёх изголодавшихся путников?», - уселся за стол, указав семейству Комбата на соседний.

– Рад, что вернулся, - за всех ответил Гробовщик, - вижу, успешно слетал. А нас тут орда краем зацепила вскоре после того, как вы улетели, так что громыхает второй день непрерывно, а нам сказали не высовываться, чтобы на закуску не попасть, и не вмешиваться - без нас разберутся.

– Знахарь, я так понял, тоже дал от ворот поворот в связи с наплывом раненых?
– поинтересовался Босой.

– Так и было, - подтвердила Уши.
– Как всё прошло?

– Вот так и выбрались, - закончил рассказ Босой, уплетая яичницу с салом и колбасой прямо из чугунной сковороды на деревянной подставке и запивая апельсиновым соком.
– Раз стрельба прекратилась, значит, Комбат уже освободился, и можно закончить с ним дела и собираться покидать это гостеприимное место - ловить тут больше практически нечего. Готовьтесь, а пока - эй, уважаемый (обращаясь к мужичку за стойкой), сообщите Комбату, что мне надо с ним срочно встретиться.

Мужичок в ответ поднялся и, подойдя к столу, сказал с грустью:

– Для того, чтобы встретиться с Комбатом, не требуется предварительно договариваться, вот только нет желающих с ним встретиться добровольно.

– Ты, уважаемый, спеком обкололся, что ли?
– зло спросил Босой, - проще выражайся: в чём загвоздка?

– Извините, траур у нас, вот на высокопарности и потянуло, - пояснил мужичек, - погиб Комбат, полез в танк и погиб в первые часы после атаки, до конца защищая стаб, - все граждане скорбят о гибели основателя и бессменного руководителя.

– Блин, чего его в атаку потянуло? – насупился Босой, - скучно стало, что ли?

– Да говорят, последние дни как не в себе был, - пояснил мужичек, - всё вертолёты куда-то рассылал, но когда все три так и не вернулись, заперся у себя; когда же по орде огонь открыли, то вывалился из кабинета и в танк полез. Поговаривают, что пьянющий был вусмерть, но остановить его не решились. А сражался геройски, как и погиб, - товарища вытаскивал, когда у танка башню и гусли Элитник оторвал.

– Ясно, спасибо за информацию, - сквозь зубы поблагодарил Босой, - где можно найти вашего ментата?

Проследив глазами за рукой мужичка, Босой подошел к стойке, и полистав справочник, через десять минут общения на повышенных тонах вернулся к столу.

Рассчитайте нас, мы покидаем ваш стаб сегодня, - зло заявил Босой, - Четвёртый и Патрон - готовьте БТР, Гробовщик – рассчитайся и своди комбатовских к ментату, по магазинам, закупи все необходимое - с нами поедут; Уши - теплее оденься, на броне поедешь вместе со мной, как радар дальнего действия. Сбор у Розы через час, - бесит меня этот стаб, бесит. И уже закрыв за собой дверь в комнату, прошептал:

– Нолд, сделка аннулирована из-за гибели заказчика, ментата уломать повесить долг на стаб не удалось, так что через час уходим в центр.

– Принял, - коротко ответил Нолд, и отключившись, задумался.

– Фокусник - выведи схему штаба, - попросил Нолд, - цель - вот этот кабинет, посылай взломщиков и два носителя с микродронами для контроля территории. Провести глубокое сканирование на предмет обнаружения электрической активности, скрытой проводки и полостей, камер и датчиков.

Нолд с детства считал воровство неприемлемым для себя действием на уровне инстинктов - то ли врождённая убеждённость, то ли воспитание, но вот такая особенность - даже яблоки из чужих садов не воровал. Такое же отношение у него было к грабежу и мошенничеству, но к мародёрству почему-то реакция отторжения была не такая острая, а жизнь в Содружестве свела эту реакцию к нулю – он не видел разницы между мародёрством и археологией.

Ещё жизнь в Содружестве в подкорку вбила чуть ли не святость договора или контракта, а тут был совершенно конкретный, не терпящий разночтений договор между Комбатом и Нолдом, при посредничестве Босого, и Нолд этот договор выполнил чётко и в срок. Смерть Комбата для него означала лишь то, что его имущество в размере оплаты является его по праву, но, к сожалению, только личное - глава клана не владел стабом, а лишь управлял и распоряжался общим имуществом в общих же интересах.

Так что для изъятия ценностей подходили только апартаменты и кабинет, с которого Нолд и решил начать, решив, что если в стабе всё-таки окажется белая жемчужина, то заставит владельца её подарить под протокол, что законами Содружества не запрещено, а со своей совестью он как-нибудь договорится.

Подступы к кабинету контролируют микродроны, сигнализация блокирована, шпионские дроны через вентиляцию проникли в кабинет, сняв решётку. Сканирование выявило скрытую нишу в комнате отдыха и сейф в кабинете, вскрытием которых и занялся. Да, это вам не кибернетические системы с автономными искинами и многоуровневым получением доступа, - вскрытие заняло пятнадцать секунд возни с чисто механическими кодовыми запорными механизмами.

И где мой жемчуг? – оглядев содержимое, спросил Нолд.