Велор напрягся и выставил руку вперед. Он привычно выдохнул, но на этот раз щит словно содрогнулся, и я едва не упала. Ухватившись за стойку, я охнула. Натана, словно психически нездоровый индивид, расхохоталась, видя мои жалкие попытки устоять на ногах.

— А вот и мои друзья! — воскликнула ведьма, оборачиваясь.

Я вперилась взглядом в пустоту. «Она и впрямь не здорова!» — испуганно подумала я, ведь там попросту никого не было.

Но в ту же секунду мои глаза стали различать огромные еле-заметные фигуры, словно сотканные из воды. Двигались они плавно, бесшумно.

— Элементали, — выдохнула я, догадавшись о происхождении этих существ.

— Верно, птичка! — хлопнула в ладоши ведьма.

Я видела много фантастических фильмов, щедро напичканных спецэффектами, но ничего подобного даже в них никогда не встречала.

«И такое существо меня чуть не утопило?» — ужаснулась я.

Велор отступил на шаг, а я испуганно метнулась к нему и вцепилась в его спину.

— Ату их, мои милые! — хихикнула Натана звонким девчачьим голоском.

Элементали по команде ведьмы словно растеклись по щиту, выставленному Велором, и я увидела, что нас защищала отнюдь не стена, а скорее купол.

Я почувствовала, как мужчина изо всех сил напрягся. Он что-то шептал и пытался дышать ровно и спокойно, но его дыхание то и дело прерывалось. И каждый раз, когда это происходило, Натана кровожадно ухмылялась.

— Элиза, прости, — прошептал брюнет, не глядя на меня.

Он опустил выставленные вперед руки, и я зашлась в немом крике: «Ты не можешь так просто сдаться! Не смей!»

Велор легонько оттолкнул меня в сторону и закрыл глаза. Купол, к моему удивлению и облегчению, все еще держался, но ясно как день: это ненадолго. Ведь я практически на физическом уровне ощущала, как подчиненные Натаной водные элементали давят на стенки нашей единственной и такой ненадежной защиты.

Я ненавидяще взглянула на ведьму: «Вот ты и победила, гадина!»

Но на лице Натаны застыла улыбка недоумения. Ни ликования, ни победных возгласов: лишь холодное недоумение.

— Ох! — внезапно осела я на пол, схватившись за грудь.

Под ладонью разливалось горячее, практически жгучее тепло. Я попыталась встать и вновь охнула. В глазах помутнело. Гул в голове у меня был практически всегда с тех пор, как мы связались с брюнетом, но на сей раз это было что-то особенное, досель неведанное и невероятно неприятное.

«Неужели Натана поразила меня одним из своих заклятий?» — соображала с трудом я.

Опираясь одной рукой об пол, другой я силилась удержать тепло, разливающееся под сердцем. Но оно упорно сочилось сквозь пальцы наружу, не желая оставаться внутри.

Я судорожно вздохнула и тут же пожалела о содеянном. На выдохе, беспощадно обжигая горло, вырвалась еще одна приличная порция тепла.

— Что ты делаешь? — прогремела Натана.

К кому она обращалась, я не могла понять, да и не хотела разбираться. Я слишком устала. Устала бороться, устала от этих загадок и тайн. Устала от этих ужасов и постоянного страха, что меня убьют.

«Надоело! — вяло подумала я. — Будь что будет!» — и отняла руку от груди.

Словно почувствовав, что преграды больше нет, из меня плавным теплым потоком полилась сила, поддерживающая во мне жизнь. Я завалилась на бок, намереваясь закрыть глаза.

«Надоело», — вновь подумала я.

Отдаленно я слышала истошный крик Натаны, полный негодования и ненависти. Потом какой-то сильный толчок и снова крики, звук бьющегося стекла, падающих стеллажей и книг.

Было ли что-то еще, не знаю. Я словно впала в дрему.

— Лиз! Лиза! — тормошил меня кто-то. — Элиза, очнись! Прошу тебя, очнись!

Но тело меня не слушалось, и веки в том числе.

— Элиза! — кто-то приподнял меня и крепко прижал к себе.

— Велор, — беззвучно произнесла я.

Послышался облегченный вздох.

— Слава Соресу, — прошептал мужчина, осторожно опуская меня на пол. — Ты жива.

«Сорес… — вяло думала я, — Сорес… Где я слышала это имя?»

Прилагая неимоверные усилия, я разлепила веки, но сфокусировала взгляд на лице брюнета лишь спустя секунд десять, а то и все двадцать.

— Что… — прохрипела я, рассчитывая спросить, что произошло, но Велор приложил палец к моим губам.

— Не говори, не трать силы, — мягко попросил он.

Выглядел брюнет жутко помятым и испуганным: эльфийская прическа растрепалась, рваные пряди теперь легко и беспрепятственно касались лица. Сам он был, похоже, ранен: на щеке красовался яркий след от женских ногтей.

Все вокруг было разгромлено. На полу были огромные лужи воды, всюду валялись разорванные книги, некоторые полки были сломаны, окна выбиты, а стены словно обгорели.