У себя за спиной Анна услышала щебет, хлопанье крыльев… Так и есть. Одна из чертовых птиц парила прямо над ее головой. Боже! Сердце учащенно забилось.

Вслед за птичьим щебетом послышался тихий смех. Смех мужчины, который стоял у подножья холма, метрах в пятнадцати от убежища Анны.

Каким образом ему удалось увидеть меня?

Каким образом мне удалось услышать его смех?

Птица-посланник спикировала ей на голову, вырвала несколько волосков и с быстротой молнии умчалась прочь.

Дэймон тоже посмотрел в ее сторону, но, похоже, увидел только кусты. Анна с трудом удерживалась от желания распластаться на земле, прикрыв голову руками. С позиций здравого смысла паника была абсолютно беспричинной. Подумаешь, птицы. Она мышей-то никогда не боялась, а уж птиц… Ладно, подождем. Уйдут же они в конце концов. Не птицы, мужчины.

Но когда мужчина ушли, птицы исчезли тоже.

Подавленная и расстроенная (главным образом, своим поведением), Анна уселась на камень, глядя на бегущую воду. Теперь никакая сила не заставила бы ее приблизиться к кургану. Разве что с Дэймоном или с Константином. Хотя может ли присутствие Дэймона служить гарантией ее безопасности? Скорее, наоборот. Он прямо-таки притягивает всякую чертовщину. Господи, что за ерунда. Нельзя же, в самом деле, приписывать человеку те или иные качества только потому… Почему же? Отвечай быстро, не раздумывая. Потому что из его комнаты женщины выбегают с криками, а мужчины и вовсе исчезают, точно проваливаются сквозь землю? Потому что на плечах его огамические письмена? Потому что он слеп на левый глаз? Потому что он наводит страх на обслуживающий персонал отеля, а местные жители, завсегдатаи пабов, называют его pishogue, «порченый»?…

Если человек о ядовитых змеях знает только понаслышке, то он и не вспоминает о них всякий раз, заслышав шуршание ящерицы. Точно так же мы не называем нашего ближнего демоном, если с ним не связано некое деяние, имеющее демонический характер. [31]

– Скажи мне, добрая госпожа Боанн, я схожу с ума, или все это правда?

Анна опустила в воду кисть руки, пошевелила пальцами. Ничего не произошло.

Ей было известно о том, что ирландцы (истинные эрины, гэлы или гойделы) наделены даром слышать душу всякой вещи. Поскольку они чувствуют ее, как свою собственную, им не приходит в голову сомневаться в ее наличии. Эту способность они унаследовали от сидов, с которыми вступали в смешанные браки еще в глубокой древности. Они не строили храмов, храмами служили поляны под открытым небом и священные рощи, и там в присутствии поющих заклинания друидов на алтари проливалась жертвенная кровь. Часто объектами поклонения становились колодцы, реки и священные деревья, имевшие богов или богинь-покровителей. Но некоторые реки были божественны без чьего-либо покровительства. Таковы Боанн (Бойн) и Шинайнн (Шэннон). Источником обеих рек считался Сегайс, находящийся в Земле Обетованной. Над ним простирал свои ветви орешник, орехи периодически падали в воду, там их проглатывал Лосось Мудрости, который позже, в свою очередь, попадал на стол к вождям или героям вроде Финна Мак Кумала.

Анна вздохнула, вытащила руку из воды и повернулась, чтобы бросить прощальный взгляд на Сид-Бруг. Внезапно ей почудилось, что под деревом в нескольких метрах от входа стоит, скрестив руки на груди, и пристально смотрит на нее высокий светловолосый мужчина. Светлые волосы, отросшие почти до плеч, неподвижное лицо с правильными чертами. С прямых, горделиво развернутых плеч свисает длинный изумрудно-зеленый плащ, на шее горит червоным золотом торквес [32] . Красота его неописуема, нестерпима. Красота, сила и безмятежность бессмертного. Вот он стоял – и в следующий миг исчез. Остался только ствол дерева, камни да сверкающий кварцевой галькой курган.

Анну прошиб пот. Неужто сам?… Но кое-что не вязалось с этим предположением. Она затруднялась сказать, каков из себя хозяин здешних мест, вернее, каковым его представляет местная культурная традиция, но вот у этого, конкретно этого привидения, было лицо Константина.

Она моментально вспомнила свою суеверную бабку: увидеть призрак еще живого человека – не к добру. Был ли это призрак в том смысле, в каком его понимала бабка, Анна не знала, к тому же после всех волнений сегодняшнего дня ей уже до смерти хотелось выпить, поэтому она отложила решение этого вопроса на потом и направилась к автомобильной стоянке.

В пабе «Красный Лис» народу почти не было. Бармен смешивал коктейль для Дэймона, сидящего у стойки.

– Еще один для дамы, – сказал Дэймон, обернувшись на стук двери. И Анне: – Я пью дайкири. Здесь, в Ирландии, никто не может его нормально приготовить. Никто, кроме старины Даррена. Я сам его научил.

– Ой-ой-ой, – насмешливо произнес бармен, ставя перед ним на стойку высокий стеклянный бокал с тяжелым дном, в котором шипел холодный коктейль. – А кто вспомнил про корицу? Может быть, ты, Большой Брат?

Анна подождала, пока он приготовит коктейль и ей тоже, некоторое время следила за таянием кубиков льда и танцем крошечных пузырьков, а потом брякнула ни с того ни с сего:

– Кажется, я видела что-то вроде призрака. Первый раз в жизни. Час назад, в долине Бойн.

– For-don itge Brigte bet! [33] – воскликнул Даррен и торопливо отошел в сторону.

Дэймон сделал глоток из бокала. Облизнул губы, поставил бокал на стойку. Вытряхнул из пачки сигарету, придвинул к себе пепельницу, закурил и только после этого посмотрел на Анну.

– В долине Бойн?

– Да, – подтвердила она, внезапно ощутив страшную усталость. И добавила: – Ты ведь тоже был там, правда?

Он кивнул. Выпустил дым из ноздрей. Взгляд его рассеянно скользнул по ряду высоких стульев, придвинутых к стойке.

– Ты меня не видел?

– Нет.

Анна собиралась задать пару вопросов про его спутника, кто он, откуда, но подумала, что, пожалуй, и так знает ответ. Незачем заставлять Дэймона лгать.

– Ладно, допустим, – сказал он, докурив сигарету. – Тебе явился призрак. И что, как ты думаешь, он от тебя хотел?