– Как я и сказал, я сделал это ради тебя.

Его голос выдает напряжение.

– Нет, Уинстон. Ты делаешь это ради себя. Ты думаешь только о себе.

Он вскакивает на ноги, встает передо мной, берет за плечи и заглядывает в мои глаза.

– Я так сильно люблю тебя, Дженна. Я хочу, чтобы все сложилось. Я не знаю, чего еще ты от меня хочешь. Я изо всех сил пытаюсь сделать тебя счастливой.

– Но все складывается не так, потому что ты делаешь все не правильно. Сейчас ты только тем и занимаешься, что делаешь меня несчастной.
– Я пытаюсь сдержать слезы и часто моргаю, чтобы прояснить затуманенное зрение.
– Ты ведешь себя, как эгоист.

Я не знаю, как это произошло, но он отпускает мои плечи и бьет меня ладонью по щеке. Я чувствую, как горит щека, и прижимаю ладонь к больному месту.

– Как ты смеешь?

– О, боже мой. Детка, прости.
– Его глаза широки от ужаса.
– Я не хотел.

Он подносит руку к моей щеке в попытке меня утешить.

– Не смей.

Я отшатываюсь от него и подхожу к окну. Мое сердце разбивается. Затем я медленно поворачиваюсь и вижу, что он наблюдает за мной. Он выглядит таким же потрясенным, как и я. Никогда бы не подумала, что он может меня ударить. Да как он смеет? Ни у одного мужчины нет права бить женщин.

– Убирайся.

Дрожащей рукой я указываю на дверь, у меня так сильно сдавило горло, что слова даются с трудом.

Он бросается ко мне.

– Прости, милая. Я не знаю, что на меня нашло.
– Он складывает руки в умоляющем жесте.
– Я не хотел этого делать.

– Похоже, ты полон сюрпризов. Последнее время ты постоянно меня удивляешь. Мне не нравится человек, что стоит передо мной.

– Не говори так.

Его голос охрип. Я вижу искру гнева в его глазах. Сейчас он очень похож на своего брата. В его глазах та же тьма.

– Такого больше не повторится.

Он снова пытается меня коснуться, но я дергаюсь в сторону.

– Ты прав, - говорю я.
– Такого больше не повторится.

Мне все равно, что он миллиардер или самый завидный холостяк в мире. Мне все равно, что секс с ним крышесносен. В данный момент меня лишь заботит желание защититься от него.

Что, если я выйду за него замуж, а он решит бить меня чаще? Что, если он начнет считать, что я принадлежу ему, и станет делать, что хочет? Я не хочу это выяснять.

– О чем ты?
– Его голос дрожит.
– Ты меня вышвыриваешь?

– Именно так.

По моей шее текут слезы.

Внутри я плачу, оплакиваю то, что мы могли бы иметь, сказку, которая вот-вот закончится.

– Прекрасно.
– Он запускает руку в волосы.
– Тебе нужно время подумать. Я это уважаю. Позвони мне, когда мы сможем поговорить. Я заглажу свою вину перед тобой. Обещаю.

– Мне не нужно, чтобы ты заглаживал передо мной вину. Теперь я знаю твое истинное лицо.
– Улыбаюсь сквозь слезы.
– Я не... не этого я хочу.

– Ты со мной расстаешься?
– спрашивает он тихим, напряженным голосом.

– Думаю, да.
– Я ломаю перед собой руки.
– Я не могу выйти замуж за мужчину, который меня бьет. Не думаю, что смогу доверять тебе снова.

– Это был не я.
– Он засовывает руки в карманы.
– Детка, поверь мне. Это был не я.

– Если я останусь с тобой, и ты снова меня ударишь, вероятно, ты скажешь то же самое. Все кончено. Я больше так не могу.

– Вот так?
– Он морщит лоб.
– Ты ставишь на нас крест вот так просто?

– То, что ты сделал, непростительно. Я не такая женщина.

Ссутулив плечи, он подходит к двери и поворачивается.

– Я не смогу тебя отпустить, Дженна. Я слишком сильно тебя люблю.

– Если это твоя любовь… - я показываю на свою саднящую щеку.
– ...то я предпочитаю жить без нее.

Я опускаюсь на диван и кладу ладони на колени.

Теперь он выглядит злым, выражение его лица предвещает грозу. Он ударил меня. Что, если он потеряет контроль и сделает так снова? Что, если он не выносит, когда его отвергают?

Он пересекает комнату, подходит ко мне снова и садится рядом со мной на диван. Тоже кладет ладони на колени и устремляет взгляд прямо.

– Верь мне, когда я говорю, что я не такой. То, что произошло... такого больше не повторится.

Он снова встает и идет к двери. В этот раз открывает ее. Бросив на меня последний взгляд, он уходит из моей квартиры и закрывает за собой дверь.

В одиночестве я опускаю голову на руки и позволяю слезам свободно течь, пока вокруг меня рушится мир. Разбитые куски моего сердца, острые и заостренные, причиняют адскую боль.