Арен кружил рядом, то опускаясь чуть ниже, показывая направление, то взмывая вверх. Он вел ее за собой уже в течение получаса. Апрохрон остался позади, впереди из сумерек выступала тень другой горы.

– Чьи это владения? – на улоссе спросила юная драконица у своего спутника.

– Утес Садерлин принадлежит королевской семье. Там никто не живет. Мы используем его для других целей.

– Для чего?

– Увидишь совсем скоро.

Темные отроги скалы словно соткались из тьмы – да так внезапно, что Нари едва не полетела кувырком, с трудом сохранив равновесие. Арен, оказавшийся рядом, подтолкнул ее вверх, поднимая над вихревыми потоками, что вились вокруг уступов.

Нари даже не успела испугаться, как утес оказался внизу.

– За мной, – скомандовал Арен, широкими кругами начиная спускаться к скале. Нари ничего не оставалось, как последовать за ним.

Белый дракон завис над узким плато, ничем на первый взгляд не примечательным.

– Смотри, – указал он, и только тогда Нари увидела строение с плоской крышей, с колоннами, что поддерживали ее. Здание явно нежилое. Для чего же его используют?

– Часть алтаря недавно перенесли сюда. Мы здесь заключим наш брак. Отец против того, чтобы мы тащились в пещеру к этим грязным троллям. Так что только горы, простор, чистый воздух и мы. Это мой подарок, Агнара.

Нари отчего-то вовсе не обрадовалась подарку. Вот уже восемнадцать лет браки заключались у алтаря, где прежде приносили в жертву троллей. На этом алтаре едва не погиб Скайгард Ньорд, пытаясь обменять свою жизнь на жизнь жены. В ту пору это действительно было мрачное место: пол пещеры был усыпан костями, оставшимися после поминальных трапез, вход узкий и темный, потолок нависал над головой. Но сейчас все изменилось. К алтарю вела мощеная дорога, окруженная цветущими кустарниками. Внутри пещеры, правда, ничего менять не стали, только почистили и осветили магическими сферами.

А теперь, выходит, королевская семья решила соорудить свой собственный алтарь.

– А что, так можно? – сдержанно спросила Нари, стараясь ничем не выдать своего негодования.

– Нам – можно, – в голосе Арена сквозила усмешка.

Они сделали круг над плато, а после Арен спустился и сменил ипостась. Нари последовала его примеру.

– Зайдем? – предложил принц, протягивая руку невесте.

Нари сделала вид, что не замечает протянутой ладони. Каменные ступени внезапно оказались такими высокими, что леди Ньорд с трудом поднималась по ним.

– При строительстве соблюдена древняя традиция – будущая жена не сможет подняться к алтарю без помощи мужа. Должна опереться на него, чтобы преодолеть преграду, – бесстрастно объяснил Арен. Он будто бы говорил о устаревшем обычае, а сам не сводил с Нари заинтересованного взгляда: как она отнесется, что ответит.

– Как видишь, я отлично справляюсь сама.

Они вошли под каменный свод. Внутри оказалось аскетично: голые стены, пол, мощенный плитами, в центре – прямоугольный мраморный стол, на котором лежал осколок серого камня. Нари не могла в это поверить, но, видно, король действительно отколол часть алтаря для того, чтобы свадебную церемонию можно было провести здесь.

– Когда мы порежем друг другу руки и кровь окропит камень, брак станет считаться действительным.

Нари недоверчиво покачала головой. Разве можно заменить обряд истинной любви этой подделкой?

– Мы проверили! Разрешили лорду Баррелу именно здесь провести обряд бракосочетания. Это произошло два месяца назад, а сейчас у человечки, уже пробудилась драконья кровь! Главное – соблюсти основные правила. Алтарь, кинжал, заряженный магией твоей матери, и…

– Искреннее желание девушки выйти замуж именно за этого дракона, – тихо добавила Нари. – Она должна испытывать настоящее чувство.

Арен все же взял ее за руку – будто случайно нащупал в темноте.

– Агнара, ты ведь понимаешь, что в твоем случае это не главное? Тебе не грозит смерть от родов, ты уже родилась драконом.

Нари хотела отнять ладонь, но жених крепко сжимал пальцы: видно, задумался и не чувствовал сопротивления. Он подвел ее чуть ближе к алтарю.

Вечер долгого дня превратился в ночь. В здании было бы совсем темно, если бы не светился тусклым светом белый мрамор. Сквозь квадратный проем на потолке заглядывала луна, в ее бледном сиянии все казалось призрачным и ненастоящим.

– На самом деле это важно, – не согласилась Нари. – Мама говорит, что иначе у меня может не быть детей. Обряд не просто так существует. Алтарь, нож и сильные чувства.

– Любовь? Ненависть? Отвращение? Все это сильные чувства.

Арен вроде шутил, но Нари не хотелось смеяться.

– Я только знаю, что должна сказать: «Я принадлежу своему мужу целиком и полностью, вверяю ему свою жизнь, останусь рядом, пока смерть не разлучит нас». И, думаю, желать этого, иначе не сработает!

– А я уверен, что главное – произнести верную формулу. Как и в случае с алтарем, нужно просто соблюсти традицию. Повторишь еще раз? Такие красивые слова.