— Код второго: 691-306-857, - продолжил Альберт.

Когда Эрик и Кирилл Матвеевич сели на мотоциклы, Вайнштейн направил руку в сторону Димы, отчего тот почувствовал себя так, словно из него вытягивают силы. Нечто холодное коснулось груди Лескова, заставляя его сердце биться спокойнее. А затем Альберт медленно вытянул руки вперед, словно отталкивал от тебя что-то очень тяжелое, и развел их в стороны.

В какой-то миг мерзкий визг затопил всю территорию Адмиралтейства. Дмитрий не выдержал первым и прижал ладони в ушам, жалея, что при нем не было шлема. После манипуляций Альберта он заметно ослабел, голова кружилась и ощущалась легкая тошнота. Но зато, когда визг прекратился, губы Димы тронула тень улыбки. Твари разбежались, позволяя мотоциклистам беспрепятственно выехать на набережную. Ни Кирилл Матвеевич, ни тем более Фостер не стали тратить время на прощания. Они мчались к мосту, зная, что преследователи вот-вот очухаются и направятся следом за ними.

Дима первым окликнул врача.

— Отлично, уходим! Теперь надо проделать то же самое, только с другой стороны… Альберт, ты слышишь меня?

Вайнштейн не ответил. Вместо этого он начал оседать на землю, и Лесков едва успел подхватить его. Взглянув на лицо друга, Дмитрий тихо выругался. Нижняя часть лица Альберта была вся в крови из-за сильного кровотечения из носа.

— Что за…, - вырвалось у Димы, но в тот же миг он заметил, как один из ящеров встрепенулся и попытался было подползти к ним. Взгляд Лескова заставил тварь с визгом отпрянуть обратно, а сам мужчина тем временем затащил друга в здание и запер дверь.

— Альберт, очнись! — с этими словами Дима ударил друга по щеке, пытаясь привести его в сознание. — Надо уходить!

Последнюю фразу он сказал Альберту, когда тот приоткрыл глаза и посмотрел на расплывающееся лицо Лескова.

— Надо уходить, — эхом повторил врач.

Однако, сделав шаг, Вайнштейн покачнулся и ухватился за стену, чтобы не упасть. Видя, что ему не становится лучше, помог Альберту опереться на свое плечо и потащил его к противоположному выходу, где их ждали остальные.

— Вернемся на базу, отправлю тебя в отпуск, — пообещал Дима. — Ты явно перетрудился.

— Я вколол себе «эпинефрин», — слабо ответил Вайнштейн.

— Сколько ампул? — Лесков почувствовал, как у него внутри все похолодело. Он никак не ожидал, что врач решится использовать непроверенный препарат на себе.

— Две… У меня сейчас сердце остановится… Слишком частый пульс… Мне адски больно…

Договаривать Альберту не пришлось. Дмитрий понял, что ему нужно делать, хотя он и сомневался, что это поможет. На миг он прижал Вайнштейна к стене и, продолжая удерживать за плечи, посмотрел ему в глаза. В первые секунды у Лескова даже толком не получалось сконцентрироваться. Время стремительно убывало, неизвестно, удалась ли задумка с «приманкой», так еще и близкий друг пребывал в таком состоянии. Но вот гримаса боли исчезла с лица Альберта, и он, положив руку на область сердца, тихо произнес:

— Спасибо… Господи, как же это больно.

— Не тебе надо было колоться двумя, а нам обоим, — воскликнул Дмитрий, чувствуя, как страх за друга сменяется гневом. — Что у тебя за привычка — лезть впереди всех на жертвенный алтарь!

— Перестань цитировать Бранна. И так тошно, — слабо огрызнулся Вайнштейн. — Короче… Сейчас мы должны повторить все то же самое. В правом кармане моей куртки футляр для инъекции… Вколешь мне еще одну. Две, наверное, не выдержу. Сейчас, судя по энергетике, «костяных» в разы меньше. И да, шприц для «чайников», сам сканирует расположение вены. Не промахнешься.

— Сначала дойдем до наших.

Они добрались до группы, и тут же утонули в вопросах, как все прошло, и что случилось с Вайнштейном. Увидев окровавленное лицо Альберта, присутствующие предположили, что это дело рук Фостера.

Но Дмитрий не отвечал. На часах оставалось девять минут, прежде чем здесь окажутся вражеские беспилотники.

— А «костяные» точно на приманку повелись? — снова спросил Тимур, в тревоге наблюдая за тем, как Дмитрий обыскивает Альберта.

— В правом кармане, — повторил Вайнштейн, когда Лесков засунул руку в левый.

— Говорю, в правом!

— В правом нет.

— Ну как нет, я сделал инъекцию и положил в правый.

— Что вы копаетесь? Выходить надо! — не выдержал Алексей. — Пока мой отец рискует, вы…

— Говорю же, нет его в твоих карманах. Может, в рюкзак закинул?

С этими словами Дима жестом поманил к себе Тимура, который держал загруженный стеклом рюкзак Вайнштейна. Но в тот же миг Альберт переменился в лице.

— Проклятье…, - вырвалось у него. — Его и впрямь нет…

— Чего нет? — Алексей уже встревожился не на шутку. — Уходить надо! Восемь минут осталось!

— Эпинефрина, — ответил за него Дмитрий. — Может, ты обронил его снаружи?

— Нет, — Альберт отрицательно покачал головой, после чего уже сам опустил руку в правый карман. В тот же миг его глаза расширились от изумления.

— Вот ведь сукин сын, — вырвалось у него. Только сейчас до Вайнштейна дошло, что «эпинефрин» пропал не просто так — его выудил Фостер. Парень был единственным, кто видел, как Альберт вколол себе сыворотку, и он видел, что произошло потом, насколько усилились способности врача. Прежде чем сесть на мотоцикл, Эрик на пару секунд сделался незначительным и украл футляр.