— Э… — только и смогла выдавить Ира. — А он тут при чем?

— При том. Демоны таким образом со своими избранными связь поддерживают. Вроде как метят женщин, чтобы никто из собратьев увести не смог. Только лица свои они обычно показывают. Это твой своей внешности «стесняется».

Ира нахмурилась.

— То есть он и во сне со мной, и в реальности — со своими бабами. Силен, что сказать.

— А ты не ревнуешь ли, детка? — прищурилась ба.

Они сидели на пуфах у стены, набираясь сил перед новым этапом обучения.

— Вот еще, — недовольно фыркнула Ира, — кого ревновать? Я только по члену его и узнаю.

Сказала и покраснела. Да уж, воспитание. Собственной прабабушке такое ляпнуть.

— Да и вообще, — пробурчала она, тушуясь под насмешливым взглядом ба, — здесь он мне уже не снится.

— Правильно, — кивнула прабабушка, — больше и не будет. Ты в его владениях, на тебя никто не посягает. К чему тратить силы и появляться у тебя во сне?

— Действительно. Легче ж развлечься с бабами в реальности, — Ира сама не понимала, почему ее так задел факт, что Стивен не хранил ей верность хотя бы те месяцы, что появлялся в ее снах.

— Милая, он — демон, натура козлиная, похотливая и нетерпеливая, — снисходительно улыбнулась повидавшая жизнь ба — он и за твоей спиной, после свадьбы, баб перебирать будет. И ничего ты с ним не сделаешь. Природа такая.

«Ты её отвоевал у других, И ты гордишься победой своей. Но как только ты повернёшься спиной, Проснётся зверь. Эта игра ведётся всерьёз, Зря считаешь, что сможешь уйти. Её мольбы и соль её слёз Удержат тебя на цепи», — вспомнилось Ире. Сила все еще бурлила в ее крови, не желая успокаиваться после учебы, мозги на место не встали, а потому и дурь взыграла.

— Природа, говоришь? Ничего с ним не сделаешь? — Ира повела плечами, на ладонях сами собой вспыхнули разноцветные молнии. — Ну уж нет. Фиг ему, а не других баб. Собрался на мне жениться? Ну вот пусть и встает у него теперь только на меня. Остальные перетопчутся.

В комнате прогремел гром, молнии разрослись до своих обычных размеров, сверкнули и пропали.

— Ну и что ты сделала? — тяжело вздохнула ба. — Тебя мать с бабкой не учили сначала думать, потом говорить? Он же теперь во всех смыслах с тебя не слезет.

Пускай ты выпита другим,

Но мне осталось, мне осталось

Твоих волос стеклянный дым

И глаз осенняя усталость.

Сергей Есенин

Весьма остроумно замечает Фейербах, что взоры беспутного сапожника следят за штопором, а не за шилом, отчего и происходят мозоли.

Козьма Прутков

В том, что ба была права, Ира убедилась уже через полчаса, когда в выбранную для занятий комнату ворвался, сшибая все на своем пути, яростно рычавший ураган. Ничего знакомого в нем Ира не обнаружила. А вот он, похоже, неплохо знал ее, потому что ломанулся прямо к ней, игнорируя и прабабушку, и пуфики.

— Ты, — прорычал ураган, остановившись в миллиметре от лица Иры, — ты, сволочная ведьма…

— Клятва, — мило улыбнулась Ира, чувствуя себя отомщенной: не одному же ему издеваться над ней, пусть и только во сне.

— Я тебя и с клятвой отдеру, — прошипел «ураган», хватая ее за локоть и открывая портал.

Странно, но она не чувствовала страха: угрозу всерьез она не приняла, и когда оба оказались в отделанной коричневыми цветами спальне, Ира уточнила:

— Изнасилование считается причинением вреда. А ты клялся в обратном.

Уже превратившийся в человека Стивен снова злобно зашипел:

— Никогда баб не насиловал, но для тебя сделаю исключение.

Он притянул ее к себе, властно впился в губы поцелуем, как будто стараясь подчеркнуть ее место в этом доме.

Препирательства и удовлетворение от сработавшего проклятия взбудоражили Иру, и она ответила таким же жестким поцелуем, вкладывая в него и ожидание яркого секса, и безбоязненное отношение к будущему мужу, и надежду на бурную ночь с ним. Впрочем, с последним она поторопилась: за окном светило солнце, а значит, времени для постельных игр у обоих было предостаточно.

Стивен целовал умело: его язык варваром вторгался в ее рот, танцуя там зажигательный танец, губы будто пили из нее силы, и Ира очень скоро почувствовала головокружение.