– Да ходись оно все конем! – взвыл Симонов и перешел на такой лексикон, что даже я малость офигел. – Ваше величество, вы ни хрена не поняли, что я говорил! Островск уже не имеет значения! У нас нет сил и времени заботиться о такой малости, как пара сотен тысяч жизней, потому что под угрозой уничтожения – все человечество!!! Собаки-носители могут быть не только в Сиберии – они могут быть везде!!!

– Вырубите его, – сказал король, и Симонова моментально отключили от совещания. – Тем не менее, в этих словах есть доля правды, да. В данный момент мы будем готовиться к худшему сценарию, но пока что у нас только один очаг – и действовать будем соответственно. Людей бросать нельзя, тем более что каждый брошенный на гибель человек увеличит число зараженных. Так, и еще необходимо в кратчайшие сроки составить описание угрозы и уведомить весь Альянс…

– Уведомить надо всех, ваше величество, – сказал я. – Без исключений.

– Я бы не сказал, что нам надо заботиться о потенциально враждебных странах, – возразил мне какой-то человек.

– Нам надо заботиться о выживании человека как вида, идиот, – процедил я.

– Согласен, – поставил точку в коротком споре король. – Всех. Если есть хоть малый шанс, что тот крикливый ученый прав – геополитика как таковая теряет свою актуальность. Министр, затребуйте у Матесона детальное описание угрозы и займитесь распространением. Так, всем командующим округов немедленно приступить к введению чрезвычайного положения. Министру чрезвычайных ситуаций создать рабочую группу по выработке протоколов введения карантина. Сабуров, создайте аналогичную группу для создания плана действий для военных на всех уровнях, и возглавьте штаб противодействия угрозе. Ваша задача – в первую очередь обеспечить безопасность ближайших городов. Во вторую – организовать оцепление Островска и принять все меры по спасению максимально возможного числа горожан. Отдайте распоряжение заместителю, но пока оставайтесь тут на канале. Службе Безопасности создать сводную группу по вопросам причастности к атаке запрещенных террористических организаций. Даю вам полномочия привлечь к сотрудничеству любых специалистов, включая секретные исследовательские структуры. Герцог Твардовски, в нынешней ситуации я вынужден полностью изъять все запасы оружия и боеприпасов у всех оружейных промышленников – все, что у вас есть на складах. Подготовьте списки того, что и где находится, передайте министру Сабурову и организуйте доставку туда, куда вам будет указано. О порядке возврата, компенсаций и всего остального будем говорить, когда опасность минует.

– Слушаюсь, ваше величество, – ответил главный из оружейников.

Еще минуты две шла раздача приказов, и все это происходило довольно грамотно: король назначал кого-либо на определенную задачу, назначенный сразу же докладывал, кто ему для этого нужен. Король соглашался с этим или вносил поправки, а затем назначенный и отданные в его распоряжение люди отключались от общего канала для своего собственного совещания. Вскоре на канале осталось менее двадцати человек.

– Комендант Терновский, – король обратился ко мне официально, – вы довольно тесно сталкивались с одержимыми и лучше других понимаете, как они поступают. Как вы считаете, если за этой атакой стоит враг из Зоны, то какие цели они могли бы этим преследовать?

– Понятия не имею, ваше величество. Вопрос из разряда «зачем одержимые нас убивают?», если честно. Не исключено, что цель строго та же самая – убить нас побольше. Просто метод новый.

– Как вы полагаете, какие войска из регулярных наиболее эффективны для действий в Островске?

– Да любые. Нужны смелые люди, которые не наложат в штаны при виде страшных перекошенных рож, одетые в полицейские спецкостюмы. Ну, те, которые не режутся ножом. Зараженные колют здоровых обломком кости пальца, то есть, это работает только против легко одетого человека.

– Понятно. Еще один вопрос… В связи с тем, что в моей стране, оказывается, есть секреты даже от меня, спрошу вас. Насколько правдивы отчеты о вашей зачистке в Радополе? Иными словами, там точно были только зараженные люди и больше никакой дряни из Хаоса?

– Мы не обнаружили там больше ничего, ваше величество. Но это не значит, что в Островске все будет точно так же. Если вы вспомните эпизод в банке – то там некий человек оставил кристалл в хранилище, а потом туда же пришел одержимый. Не доказано, что он и вправду пришел за кристаллом, но совпадение подозрительное. И, кстати, я только что сообразил: вопрос «чего добиваются одержимые?» может быть некорректен. Не факт, что это именно они чего-то добиваются.

– Я понял. В данной ситуации вы будете полезнее где-то ближе, инструктируя командиров выдвигающихся частей, работая над протоколами и тому подобным. Временно оставьте пост коменданта училища своему заместителю и перейдите в команду министра Сабурова.

– Так точно.

Ну, понеслась. Как-то очень уж быстро все сбылось: я предсказывал, что рано или поздно Зона зачистит нас, если мы не зачистим ее. И вот она начала действовать на опережение, видимо.

Затем нас с министром и еще парой человек переключили на отдельный канал, и Сабуров сказал:

– В общем, там, судя по всему, курсанты не будут иметь какого-то решающего преимущества сравнительно с другими войсками или огнеметчиками, так что рисковать ими не будем напрасно. Задействуем пока что в качестве сил самообороны по месту дислокации. И вы тоже оставайтесь на месте, только запишите что-то вроде краткого руководства, как именно следует драться с инфицированными, какой тактики придерживаться, чего от них ожидать – ну, вы понимаете. Поделитесь своим опытом столкновения.

– Вас понял. Пока все?

– Да.

Я отключился и повернулся к Скарлетт:

– Поднимай всех. Арнстрема, Петровески сюда, лидеров «красных» и «синих» и весь инструкторский состав.

За хлопотами и возней ушел остаток ночи, а рано утром мне позвонил Корванский.

– Думаю, мы нашли человека, вписывающегося в список примет, – сообщил он. – Причем мы втроем с вами и Андерсом плюнули в небо, а попали в луну: в наличии инсульт у фигуранта, как предположили вы, а также почти чудесное исцеление: у его сына была болезнь, о которой говорил я, и кома, как предположил Андерс. И почти чудесное исцеление от того и другого.