Тваюжмать. Давал себе зарок не лицемерить – а ложь это примерно та же хрень, что и лицемерие. Вот и как я теперь должен выкрутиться? Скажу, что вранье – это будет вранье. Скажу, что не знаю – это тоже будет вранье. Скажу, что это я – с версией о том, что я начальник секретной школы, придется попрощаться, потому что какой я начальник, если дней десять всего как пришел? Чужак бы взял, почему люди вечно задают неудобные вопросы?

– Знаю, – кивнул я, – и совсем не случайно. Но это тоже секрет. А вы, значит, в будущем станете специалистом по безопасности?

– Угу. Посты, контрольно-пропускные, технические средства обеспечения безопасности, патрули, расписания, протоколы безопасности, оборона объектов и защита охраняемых персон – это все моя специальность.

– Полезное занятие, – одобрил я. – А как у вас поставлено дело с безопасностью в плане одержимых?

– Ну, при дворце всегда есть несколько боевых магов на дежурстве, да и сами обитатели дворца могут дать прикурить не хуже, если что. А вообще – вы разве не знаете, что под всем Светлоградом простирается предохранительный подвал?

Я хмыкнул.

– А вы разве не знаете, что одержимые со временем привыкают к многоэтажности? А на подвал под ногами им вообще плевать, они его просто не видят. Многослойная среда препятствует ритуалу призыва, не более того. Даже канал вокруг города – не преграда, если одержимому будет очень нужно пересечь его.

– Да, но проникнуть в город без проверки проблематично даже для адекватно ведущего себя человека. Одержимые зачастую выдают себя очень быстро и без «рамки».

Я вздохнул.

– Боюсь, их поведение эволюционирует. Что сложно одержимому – то не особая проблема для его сообщников-культистов. Если уж на то пошло – одержимый, которого я перед камерами прикончил, пробрался в центр города, не столица, но и не деревня. И аж в банк прошел.

– Да, для нас это тревожный звонок. Я, к слову, пишу дипломную работу на эту тематику…

– Ну так вот вам еще более тревожный звоночек: имел место инцидент в Аркадии, когда одержимый некоторое время скрывался в канализации и был обнаружен только случайно, да и то только потому, что лидер группы зачистки обладал редчайшей способностью чуять их на расстоянии. Одержимый имел одежду работника муниципалитета – жилет, каска, ящик с инструментами. Пытаясь скрыться, он выбрался на поверхность, зашел в картинную галерею, причем через служебный вход, почему и не возбудил ничьих подозрений. Он попал в кабинет директора, убил его, свернув шею, что уже удивительно само по себе, и переоделся в его одежду. Впрочем, уйти ему все равно не удалось.

Арлинка задумчиво нахмурилась.

– А почему вас удивляет способ убийства?

– Одержимым нравится запах крови, если вы не знали. Но он убил директора так, чтобы не испортить его одежду. Все поведение одержимого было насквозь рациональным, он делал то, что было нужно, а не то, что любят делать одержимые. Одержимый, понимающий тонкости человеческой среды и действующий четко и грамотно вместо того, чтобы нести хаос и разрушения, как того требует их суть. Как вам?

– Да уж… А вы, видимо, хорошо разбираетесь в предмете, ваш профиль, как-никак… Слушайте, Саша, вы правда начальник секретной школы? Вы же не старше меня.

– Да, правда. Да, не старше. Только я учился истреблять одержимых с двенадцати лет.

У нее в глазах появилась хитринка.

– М-м-м… Саша, а у вас не найдется ли немного свободного времени, чтобы самую малость помочь мне с дипломной работой?

– Да легко. Все равно тут скучно, а вкусняшек я уже наелся.

– Вы на машине?

– Нет, я с министром приехал.

– А я на машине.

Арлин обитала в уютной квартире в нескольких кварталах от дворца, в фешенебельном районе. Сама квартирка, хоть и маленькая, оказалась обставлена весьма и весьма недешево, а вероятность того, что у стажеров службы охраны настолько большое денежное довольство, я всерьез воспринимать не стал. Дочурка какого-нибудь знатного и богатого дворянина, тут и к гадалке не ходи.

– Чаю, кофе или?.. – предложила Арлин, когда мы сняли парадные кителя и разулись.

– Да нет, спасибо, я на фуршете заправился… Что там с дипломной? – спросил я, уже предчувствуя, каков будет ответ.

– Дипломная, в общем-то, никуда не убежит, – сказала она, выразительно посмотрев мне в глаза.

Я догадывался, что дипломная – всего лишь предлог, еще на фуршете.

– Ну конечно, – согласился я, – делу время, потехе час.

– Всего час? – игриво улыбнулась Арлинка и принялась неторопливо расстегивать форменную рубашку.

– Пожалей министра: что он подумает, если я исчезну надолго?

– Так позвони ему, – она тоже перешла на «ты».

Меня ждал весьма приятный сюрприз: вместо нежного и упругого девичьего тела под рубашкой скрывался хорошо тренированный торс спортсменки с четко очерченными выпуклостями мышц. Впрочем, и женские округлости тоже никуда не делись.

Я притянул ее к себе, наши губы оказались совсем близко, затем соприкоснулись. Не прекращая целоваться, я полез правой рукой под ее футболку в поисках замочка от лифчика и обнаружил, что подобным предметом гардероба Арлин не пользуется.