– Есть проблема, – сказал я через пару секунд. – Не знаю номера министра. Впрочем, пусть это будет его трудность…

Мы с Арлин уложились в час: вначале я сверху, затем она. Правда, затем она накинула халат, вышла, вернулась минут через пять и предложила перебраться в ванную.

Меня два раза просить не пришлось – и тут я тоже не прогадал: ванна у Арлин оказалась и не ванна, а чуть ли не маленький мраморный бассейн, облицованный изнутри акрилом. Места хватило нам обоим с избытком: пожалуй, большей ванны я в жизни не видел, даже в особняке Арклайтов: отец Сашика при всем своем богатстве не был сторонником кричащей роскоши.

Я прикинул, что ванная комната, вмещающая такой минибассейн, должна занимать значительную площадь небольшой, в общем-то, квартиры.

– У тебя, видимо, на этот водоем полквартиры ушло, – заметил я.

Арлин хихикнула:

– Обожаю купаться. Особенно в приятной компании.

Я нащупал под водой ее бедра и потянул к себе:

– Пожалуй, я тебя очень даже понимаю.

Так что в ванной мы задержались еще на час и выбрались из нее только когда вода начала остывать.

– Пожалуй, надо бы чего перекусить, – сказала Арлин, набросив халат. – Ты-то раньше меня к сладкому успел, а я как тебя узнала – так про кренделя и забыла… Да и ты теперь, полагаю, не откажешься подзаправиться. У меня в холодильнике есть маринованные стейки – рецепт маринада очень старый, наши семейные повара от отца к сыну передавали. Ни в одном ресторане такого не подадут, да я и сготовлю быстрее, чем привезут из ресторана.

– Звучит заманчиво. А я пока гляну одним глазком твою дипломную.

– Вон лежат материалы… Там основное в первой папке – наброски пока.

Она ушла на кухню, а я натянул брюки, сел за письменный стол и открыл папку.

Тематика дипломной – весьма и весьма злободневная. «Охрана объекта малыми силами в условиях угрозы категории К-О-1». «К» – культисты, надо думать, «О» – одержимые. Аналог нашей «наивысшей черной», видимо.

Я пробежался глазами по вводной части, просмотрел список источников. Три четверти – сплошь те же самые книги и авторы, по которым нам преподавали материал в учебке, еще одна четверть мне не знакома. Судя по типично сиберийским именам – книги, имеющие хождение только в самой Сиберии, возможно, малыми тиражами. Выбираю из стопки одну из них – на половине переплета красуется здоровая печать министерства обороны с индексом «Только для допущенного персонала». Идиоты: нет чтоб поделиться, засекречивают они… Мать вашу за левую ногу…

Вступление дипломной было посвящено анализу сложившейся ситуации и существующих протоколов безопасности. В целом, анализ довольно посредственный, но пару недостатков Арлин удалось найти. Список методов, которыми одержимый мог бы проникать на хорошо охраняемый объект самостоятельно или с посторонней помощью, почти банален, но интересную мысль я углядел: Арлин предположила, что одержимый, теоретически, мог бы развить защитный наружный покров, стойкий к химически активным веществам, и выработать какое-нибудь средство задержки дыхания. В этом случае его можно было бы доставить куда надо в емкости вроде бочки с бензином, к тому же запаянной: даже если охрана захочет проверить – через отверстие она только бензин и унюхает.

Самое интересное заключалось в том, что Арлин плюнула в небо, а попала в луну. Я сразу же вспомнил шесть часов, проведенных на берегу стерильной, кристально чистой реки. Шесть часов я ждал, когда прыгнувший в воду одержимый всплывет и я смогу его прикончить – но он так и не всплыл. До самой темноты мы глядели друг на друга сквозь четыре метра прозрачной воды, а затем мне пришлось покинуть свой пост из-за угрозы со стороны его сородича.

Тут из кухни начали доноситься вкусные запахи, и я принял решение передислоцироваться туда. Надел рубашку, заправил в брюки, взял несколько самых интересных листов дипломной и пошел.

– Ты вовремя, – сказала Арлин, – уже почти готово. Что скажешь про мою дипломную?

– С одной стороны, много прописных и очевидных истин. С другой стороны, есть интересные мысли насчет одержимого в бочке. Сама додумалась?

– Угу. Ты тоже считаешь, что это возможно?

– Не считаю, а знаю. Был очевидцем того, как одержимый, спасаясь от группы зачистки, бросился в воду и просидел на глубине в четыре метра шесть часов. Неизвестно, был ли это его заранее подготовленный план или одержимые способны обходиться без кислорода столько времени. Скорее второе: без еды в Зоне они как-то обходятся, причем столетиями.

– Надо было ему гранату запузырить…

– Вышли все к тому моменту.

Арлин принялась вынимать стейки из гриля.

– Получается, байки о том, что одержимые в зоне питаются трупами, не имеют под собой основания?

Я пожал плечами:

– Смотря с какой точки зрения. Не существует никаких подтвержденных свидетельств, что одержимые едят своих жертв. С другой стороны, они любят устроить кровавую баню, потому что им нравится запах крови и смерти. В сознании обывателя от второго к первому – один шаг. Обыватель не знает, что подходить к потусторонним гостям с нашими мерками бессмысленно.

Стейки у Арлин получились весьма недурственными. Стейк как стейк – только с необычным утонченным вкусом.

– Неплохо, очень даже неплохо, – сказал я, прожевав кусок. – Уж точно не хуже, чем в ресторане.

– Ну еще бы. Саша, а откуда данные о том, что одержимые любят запах крови?

Я быстро покопался в памяти – и не нашел, на какой источник сослаться. Ладно, выкручусь, но на будущее надо следить за языком.

– Установлено путем наблюдений. Разумеется, эта теория вполне может быть ошибочной. В общем, что я скажу… возможно, тебе стоит сузить тематику дипломной работы и проработать вопросы обнаружения скрывающихся одержимых.