Хотя думаю о совсем другом. Я стою рядом с Ромой и неосознанно начинаю сравнивать его с Олегом. Правда, теперь по неожиданной причине. Они словно оказались на разных полюсах, если Олег наладил свои дела и буквально пышит благополучием и мужской финансовой самоуверенностью, то Рома переживает не лучшие времена. Он собран и до болезненного сосредоточен, не может отпустить ситуацию и то и дело замолкает, прокручивая мысли в своей голове.

Это так странно. Один ушел в плюс, другой в резкий минус.

Это взаимосвязано?

Я сжимаюсь от собственного вопроса и вдруг замечаю ладонь Ромы на своем запястье. Он заметил мои мучения с ключом, которым я никак не могу попасть в замок зажигания, и пришел на помощь.

— Сколько ты заплатил за меня тогда? — я накрываю его пальцы свободной ладонью и встряхиваю головой, отгоняя воспоминания тех дней, которые как назло цепляются одно за другое. — Тебе поэтому нужны деньги? Ты до сих пор отдаешь долги?

— Леся, это в прошлом.

— Черт, нет! Ответь мне прямо!

Я на эмоциях царапаю его, но Рома никак не реагирует. Не отнимает руку, вообще не двигается.

— Те деньги за квартиру, которую я продала, сколько они покрыли, Ром? Только честно.

— Четвертую часть.

Боже.

— А Олег?

— Что Олег?

— Ты же считай заплатил его долг, — я смотрю на него непонимающим взглядом.

— Разве его? Я помогал тебе. Я до сих пор помню, как тот урод шагнул к тебе… Я бы никогда не простил себе, если бы он дотронулся до тебя. Я не платил чужие долги, только свои.

— Но Олег предлагал мне деньги, — добавляет Рома. — Он же, наконец, смог вернуться в город и наладить старые связи. Он пропал на пару недель, но потом деньги пошли, и он позвонил, сказал, что покроет долг. Не сразу весь, но постепенно выплатит мне всё. Только он выдвинул условие.

— Какое?

Рома выдыхает с легкой улыбкой и я понимаю его без слов.

— Чтобы я держался от тебя подальше.

— Что-то такое он у тебя уже просил.

— Да, — Рома соглашается. — Но кидать друга во второй раз — уже перебор, поэтому я отказался.

Я выкручиваю руль, чтобы выехать со двора, и чередую проклятья в адрес Олега с усталой улыбкой. Мой бывший муж просто невыносим и “прекрасен”, он смог провернуть бизнес-схему даже в личных отношениях. Я не в состоянии злиться, хотя чувствую легкое раздражение, потому что он всегда был таким.

Наглым, заносчивым, самоуверенным до скрипа на зубах.

Он когда-то помог Роме, оказал большую услугу, и когда получил от него удар в спину — а Олег это видит именно так и никак не иначе, захотел поквитаться. Хотя бы через счет в банке.

— Он же не просто так вернулся в город именно тогда, когда у нас начались отношения?

Во мне появляются нехорошие догадки и я чувствую, что вот-вот соберу пазл окончательно.

— Я написал ему, что больше не могу держать слово, которое дал ему.

— А он что?

— Орал матом. Я сбросил звонок.

Я нервно постукиваю пальцами по рулю.

— Он же специально исчез так, чтобы я ничего не знала. Олег хотел оградить меня от кредиторов, понимал, что они могут прийти ко мне, не побрезгуют угрожать женщине… Да, он знал с кем имеет дело.

— Леся?

— Он решил рискнуть. Ведь ты пошел против друга, против слова, которое дал, значит я тебе по-настоящему дорога. Он понял это, и понял, что ты впишешься, если мне начнут угрожать. Боже… Олег, Олег…

Он почувствовал моральное право. Рома кинул его, и Олег просто-напросто ответил ему тем же. Если Рома захотел делить чужую женщину, то пусть и долг разделит. Что-то такое крутилось в голове Олега, когда он сходил с ума от злости и бессилия. Он не мог ничего поделать, был вынужден прятаться, пока его друг считай открытым текстом ему пишет, что собирается забрать его жену.

Я почти вижу, как он кружит по гостиничному номеру или тесной комнате и сшибает предметы, не зная, куда еще деть злость, что пульсирует и обжигает пальцы. Вот тогда к нему и пришел отличный план, как вернуться домой и как достать нужную сумму. Не удивлюсь, если он заранее договорился с кредиторами, намекнув, что нашел желающего заплатить его долг. Только нужно напугать его хорошенько и бросить пару сальных угроз в мою сторону.

Рома же богат.

И благороден. Он чертовски благороден.