Я делаю шаг в сторону, прежде чем Рома найдет слова. Я иду к чертовой двери, которая отливает холодным монохромом. В голове нет ни одной мысли, с чего начать разговор и, что я по большому счету здесь забыла, но инерция несет дальше. Я стучу по гладкой поверхности и слышу, как сзади наплывают мужские тяжелые шаги.

Рома подходит вплотную, задевая расстегнутой молнией куртки мою одежду. И он же обхватывает ладонью ручку двери, когда та отворяется. Рома уверенно распахивает дверь до упора и забирает всё сосредоточенное внимание Олега себе. Мужчины смотрят друг на друга поверх моей головы, и там же меняется мелодия их дыхания. Частые, порывистые выдохи, как перед штормовым приливом.

— Леся хочет поговорить, — произносит Рома. — С нами двумя.

Олег кивает и опускает взгляд на меня. В меня вонзаются иголки его непонимания и легкой тревоги, которая, впрочем, разгорается ярче с каждой секундой. Но Олег берет себя в руки и отступает в сторону, пропуская нас с Ромой в квартиру.

Хотя тут больше подойдет слово “апартаменты”. Современный минималистичный дизайн, который намекает на достаток деталями — новейшей техникой, расточительным метражом, модной планировкой. Олег указывает ладонью на гостиную и первым же направляется в полукруглую комнату, всю правую сторону которой занимают панорамные окна.

— Я окажу тебе услугу, Олег, — я останавливаюсь рядом со столом, но не опускаюсь на выдвинутый бывшим мужем стул. — Ты, наверное, уже подобрал слова в своей голове и теперь ищешь момент, чтобы признаться.

Наши глаза встречаются и я отчетливо вижу, что Олег сразу понимает, о чем речь. Схватывает на лету.

— Ты знал, что мне будут угрожать, когда ты вернешься. Ты устроил спектакль для Ромы, чтобы получить с него деньги.

Деньги.

Снова это проклятое слово.

— Ты договорился с ними заранее? Как только понял, что я дорога Роме и он пойдет на всё, чтобы спасти меня? Своего рода перепродал свой долг?

— Давай ты сядешь, — Олег подвигает стул ближе и напряженно наблюдает за мной, ему кажется, что я вот-вот свалюсь с ног от напряжения.

А мне действительно нехорошо. Душно и шумно в висках.

— Нет, нам нужно во всем разобраться, — я не реагирую на заботливый жест Олега. — У нас же тут сделка века.

— Нет никакой сделки, Лесь.

— И кому я тогда причитаюсь? Я запуталась, — я нахожу взглядом Рому, который стоит рядом и только пытается понять, как ему лучше себя вести. — Роме?

Я указываю на него ладонью.

— Он же выплатил твой долг. Или ты посчитал его как штраф за секс со мной?

— Хватит.

— Хватит, — я устало киваю и разворачиваюсь, облокачиваясь на стол. — Конечно, хватит.

Отчаянно хочется закрыть лицо руками, но я держусь и пытаюсь вспомнить, к чему вела весь этот разговор. Я же для чего-то произнесла столько слов… Или просто накипело? Я догадалась о мотивах Олега всего полчаса назад и меня еще несут эмоции, с которыми я не знаю, как бороться.

Я реагирую лишь на приближение Ромы. Он размеренным шагом надвигается и протягивает ладонь к моему лицу. Крепко обнимает подбородок горячими пальцами и не поддается Олегу, который в следующую секунду зверски сжимает его запястье.

— Убери от нее руки, — шипит Олег.

— Лучше поцелуй ее, — произносит Рома и идет дальше.

Он наклоняется и касается губами моей шеи.

Меня прорезает током от неожиданного и столь откровенного прикосновения Ромы. Я не готова к нему и машинально выставляю ладонь, чтобы упереться в его плечо. Но не нажимаю… Я не отталкиваю его, а позволяю продолжать целовать. Я истосковалась по его ласке, сама не знала, что она так глубоко сидит в моем сердце и сохранена в малейших деталях. Я на мгновение прикрываю глаза, а когда открываю, вижу затуманенный взгляд Олега.

Он смотрит на меня.

Смотрит как меня ласкает другой мужчина и я откликаюсь на его прикосновения.

Во мне просыпается неизвестная мне прежде природа и я протягиваю ладонь к Олегу. Не знаю, чего жду от него, но веду пальцы дальше и натыкаюсь на его мускулистое плечо. Даже через рубашку можно почувствовать напряженные каменные мышцы. Он сейчас весь такой, из камня и судороги, как перед прыжком со смертельной высоты. Я упрямо тянусь к нему, но проигрываю напору Ромы и вздрагиваю, когда он крепко обхватывает меня за талию и подсаживает на стол.

— Боже, — срывается с губ.

И тут же мои губы накрывает рот Олега. Он наотмашь врезается в мое тело и впивается жадным пульсирующим поцелуем. Он раскрывает языком мой рот и неистово ласкает, прогибая под себя. Вокруг не остается ни воздуха, ни разума, ни последствий и причин… Лишь рефлексы, затаенные инстинкты и тягучее море порока. Я больше не владею собственным телом, добровольно отдавая его мужским сильным рукам.

Позволяя себе отдаться.

Позволяя раздевать себя.

И ни о чем не думать.