— Что ты, Смияда, как можно! Я из Империи, там траур три года держат, рано мне невеститься. Потом, стара я уже для замужества.

— Так я только познакомить, не сватаю! Потом — для ни разу не женатых мужиков ты стара, верно, но есть же вдовцы, для них ты в самый раз будешь! Брат твой надолго ли приехал, сказал уже?

— Я не спрашивала. Он едва с того света вернулся, не до разговоров ему, и человек только на порог ступил, а его в лоб — когда уезжаешь? Невежливо, Смияда, не могу я так! Выздоровеет, окрепнет, сам скажет, — ответила Мариэта.

— Ну, да, мы тебя об этом уже спрашивали, — кивнула соседка. — Как бы хорошо было — сойдись ты с Егером, он сюда переедет. А нашу Аяну взял бы за себя твой брат. Породнились по кругу! В гости бы в Империю ездили, да и тут объединить дворы можно, заборы порушить, что на меже стоят, — размечтавшись, женщина зажмурилась, порозовела.

— Притормози, — улыбнулась зельеварка, — а то тебя не остановишь — ты имена нашим будущим детям начнешь придумывать. Не возьмет мой брат за себя твою Аяну, хоть она у тебя красавица, и умница. Рассказывала же — помолвлен он, свадьба по зиме. А я, пока три года не минует — даже слышать не хочу о других мужчинах! Не обижайся, но больше не вспоминай об этом. Пойдём, посмотрим, что Проний мастерит.

Смияда поджала губы, но промолчала.

Проний своё дело знал — пока женщины судачили, он успел соединить две лавки и теперь набивал доски, сооружая топчан.

— Соседка, я широкий не стал делать — досок мало, — объяснил он, — да и к чему широкий, если он один спать станет?

— Правильно, — согласилась Мариэта. — Спасибо, Прон!

— По-соседски, как не помочь? Есть ли взвар у тебя, холодненький? Взопрел.

— Есть, как не быть? Сейчас принесу! — Мариэта метнулась на ледник, радуясь, что ушла от неприятного разговора.

Вот же, сваха какая, соседка-то! А ну, как и остальные примутся ей мужа подбирать? Кошмар, хоть из города беги.

Соседи провозились еще с три четверти оборота, а потом вернулись к себе.

Мариэта бросилась в дом — Михэ давно пора было принимать следующую порцию лечебного зелья.

— Долго вы, — встретил её мужчина.

— Проний всё делает не спеша, зато очень качественно, — объяснила Мари, отводя глаза от ладного тела «брата». — Что ж ты не оделся?

— Жарко под одеялом, а если еще и рубашку надеть, сварюсь, — объяснил Михаэль, с интересом рассматривая порозовевшие щёки «сестры». — Ты чего смущаешься? Замужем была, ночью лечь ко мне голая не побоялась, а тут глаза отводишь. Я всего лишь без рубашки.

— Да ну тебя! — рассердилась Мариэта. — То Смияда, то ты, сговорились, что ли, меня доставать? Я грела тебя, в лечебных целях, а не что-то другое. Вот зелье. Пей, надо обустраивать новые хоромы, Ваше Сиятельство.

Граф хмыкнул, залпом опрокинул в рот содержимое чашки, поморщился и закашлялся.

— Что ты туда намешала? Дерёт-то как!

— Меньше знаешь — крепче спишь, — отрезала Мариэта. — Вот новая рубашка. У меня их не полные сундуки, постарайся с одеждой бережнее обращаться.

— Марита, ты снимешь ошейник? — тихо проговорил мужчина. — Я сам не могу дать магическую клятву, а покупной у тебя, наверное, нет, но могу поклясться родовым именем, что не стану убегать или вредить. Я понял, что ты права, поэтому обещаю вскопать эту грахову землю, и во всём помогать, пока мы не соберем денег на поездку. Обещаю, что втройне верну всё, что ты на меня потратишь.

Мариэта замерла, глядя в невозможно-синие глаза «покупки». Нельзя быть таким привлекательным, это можно расценивать, как ходячее приворотное зелье! Хорошо, что он попал под её охранку, вряд ли соседи будут вблизи его лицо рассматривать, а с пятнами, да издали, может быть, не разглядят, насколько её «брат» привлекателен.

— Марита, ты слышишь, что я говорю?

— А? Да, слышу. Торговец говорил, что для того, чтобы снять ошейник, его сначала надо активировать. В смысле, мне вступить в права хозяина.

— Ты, что, до сих пор этого не сделала? — поразился мужчина. — Довольно глупо с твоей стороны, ведь ты могла приобрести не потомственного аристократа, а лиходея или убийцу. Они бы тебя не пожалели!

— Но у меня есть магия, поэтому я не чувствую себя совсем уж беззащитной, — пожала плечами женщина. — Посиди спокойно, я сейчас всё сделаю.

Зельеварка вытащила договор купли-продажи, который ей вручил торговец, и внимательно его перечитала.