– О, мои дорогие! – заворковала Рори, открывая калитку в загон. – Как давно я вас не видела!

Девушка принялась гладить лошадок, нетерпеливо отталкивавших друг друга, когда в загон вошел Малек и жестом позвал за собой Габриэля.

– Все они от арабских производителей. Самые красивые лошади на земле.

Прикрыв за собой калитку, Габриэль спросил:

– Вы собираетесь переправить в Константинополь их всех?

– Только вот этих четырех меринов. – Малек указал на серебристо-серых лошадок с темными мордочками и ногами. – Их приучили работать в одной упряжке, и мы часто запрягаем их в маленькую детскую колесницу. Такой четверки нигде в мире больше нет.

Габриэль догадался, что лошадей кастрировали, чтобы новый владелец не смог заняться их разведением, и, улыбнувшись, присел, чтобы оказаться на одном уровне с лошадками. Единственным огромным недостатком жизни в море он всегда считал отсутствие возможности ездить верхом. Когда один из серебристых меринов подошел ближе, он с досадой заметил:

– Жаль, что у меня нет ни морковки, ни сахара.

Мерин с разбегу ткнулся головой Габриэлю в грудь, едва не сбив с ног, и молодой человек, рассмеявшись, погладил шелковистую темную гриву.

– Вас ждет в Константинополе покупатель?

– Не покупатель: негодяй, которого необходимо подкупить, – с едва сдерживаемой яростью проговорил Малек. – Поскольку у меня нет необходимого количества золота, я должен предложить ему что-то редкое и необычное.

Раздумывая над тем, что может стоить таких затрат, Габриэль выпрямился, а лошадка принялась кружить вокруг него точно пес.

– Это лошадки действительно необыкновенные. Других животных вы тоже возьмете?

– Да. Пойдемте посмотрим. – Малек направился к калитке.

– Скоро я опять приду вас навестить, – пообещала Рори своим друзьям, толпой последовавшими за ней к калитке.

Габриэлю пришлось закрывать собой образовавшийся проем, поскольку животные едва не вырвались наружу.

– Какие резвые! – покачал он головой, загоняя лошадок в вольер и закрывая калитку.

– К тому же красавцы, – с теплотой в голосе произнесла Рори.

Поглощенная общением с питомцами, она не заметила, как полы ее накидки распахнулись, обнажив идеальной формы грудь. От этого зрелища у Габриэля перехватило дыхание. Какие лошадки… Вот истинная красота.

Заметив выражение лица молодого человека, Рори залилась краской и поспешно запахнула полы накидки. Отвернувшись и сделав вид, будто ничего не случилось, Габриэль последовал за Маликом к следующему вольеру, где содержались серые ослики с темными мордочками и лукавыми глазами. В отличие от миниатюрных лошадок, сложенных в точности так, как их крупные собратья, эти животные больше напоминали детенышей.

Ослики приветствовали Рори с не меньшим энтузиазмом, чем лошадки. Почесывая мягкую серую голову одного из них, самого упрямого, девушка заметила:

– Они очень озорные и невероятно умные, а уж об упрямстве и говорить не стоит!

– И тем не менее они красавцы, – произнес Габриэль, поглаживая другого, более темного, ослика. – Сколько вы хотите перевезти в Константинополь?

Малек сдвинул брови.

– Думаю, хватит и двух. Они симпатичные, но не такая уж редкость. – Он двинулся к следующему вольеру с миниатюрными козочками.

Крошечные, но очень смелые, козочки столпились вокруг людей. Одна попыталась забраться Габриэлю на плечи, а вторая начала жевать галун на его мундире. Молодой человек рассмеялся:

– Вам можно устроить детский зоопарк: малыши будут в восторге от этих очаровашек.

Малек издал какой-то звук, и на его лице возникло странное выражение «уязвимости». Габриэль даже подумал, что у Малека возможно были дети, но умерли. Может, именно поэтому он начал собирать свою диковинную коллекцию. Однако задавать подобные вопросы не слишком корректно, и Габриэль задумался, есть ли у Малека семья. С тех пор как они виделись в последний раз, много воды утекло.

– Идемте, – мрачно бросил Малек.

Однако не успел он сделать и нескольких шагов, как к нему с поклоном подбежал слуга. Оба отошли на почтительное расстояние, чтобы их не было слышно, но Малек не спускал глаз с пленницы и гостя. Облокотившись об изгородь, молодые люди наблюдали, как резвятся козлята, которым один из слуг принес корм.

При виде угощения малыши оживились, один даже запрыгнул слуге на плечи, и тот рассмеялся, протягивая озорнику лакомство.

– Все эти животные просто чудо, – с улыбкой заметила Рори. – Даже не знаю, кто из них мне нравится больше.