— Чего же?

Арон медленно опустился в кресло. Сомкнул руки, изящно переплетя пальцы.

— Что, помимо призрака, — сказал он, — нам придётся поохотиться на эйрдаля.

— Повторите-ка ещё раз, — спокойным, рассудительным голосом проговорил Джеми пару минут спустя. — Вы считаете, что где-то в Клаусхебере находится эйрдаль, который по ночам вытягивает силы из Лавиэлль?

— И именно его запах ощутила Таша, — кивнул дэй. — Я даже догадываюсь о его мотивах, но об этих догадках не стоит говорить, пока мы не получим подтверждения.

— Ничего, опыт борьбы с эйрдалями у тебя уже есть, — хмыкнула Таша, спешно припоминая всё, что читала об эйрдалях; благо, информации об этой нечисти в книгах было предостаточно.

Эйрдали, как и оборотни с колдунами, могли похвастаться долгожительством. Где-то до двадцати лет они взрослели, как самые обычные люди, после чего их развитие резко замедлялось. Жили эйрдали в среднем по триста лет, а дальше начинали стареть — не внешне, просто становясь более уязвимыми. Теряли феноменальную быстроту реакции, мгновенную регенерацию и иммунитет к любым болезням, а потому чаще всего вскоре погибали.

Пить людей для эйрдалей являлось жизненной необходимостью. Душу — потому что так они обретали возможность чувствовать, энергию — потому что иначе их собственная истощалась. С той самой поры, как их физическое развитие замедлялось, без подпитки извне они просто начинали умирать. Впрочем, для выживания эйрдалям хватало одного человека в месяц, и вовсе не обязательно было опустошать его до дна; однако чужая энергия была для них источником силы, средством расширения магического резерва… и наркотиком.

В этом эйрдали тоже походили на оборотней. Единожды убив, трудно было подавить в себе стремление убивать снова. И как иных оборотней опьяняло поглощение чужой плоти и крови, так же эйрдалей опьяняло поглощение чужих сил.

Магические способности эйрдалей были довольно обширны: сверхъестественная сила, гипноз, телепатия, полёты, иллюзии, превращения, мгновенные перемещения и не только. К счастью, их магический резерв активировался лишь после захода солнца, днём же эйрдали обращались самыми обычными людьми, справиться с которыми не представляло особого труда. Однако вначале нужно было вывести их на чистую воду, и способов этого самого выведения Таша знала не так уж и много. Разве что текущая вода да цвергово серебро — но ближайшая река далеко, да и не будешь ты совать Джемин крестик в руки каждому обитателю особняка…

— Боюсь, всё немного сложнее. — Арон покачал головой. — Опознать его могу и я, но он об этом знает, а потому в свою очередь принял меры. И чтобы его опознать, вначале придётся его поймать.

— И как же мы будем его ловить?

— Элементарно, Джеми. — Дэй встал. — На живца, которого он сам же выбрал.

— Прекрасная работа, — констатировала Таша, придирчиво оглядев ближайший гобелен.

— Она просто не обращала на меня внимания, — трагически возвестил Джеми.

— Если ты о Лавиэлль, то очень даже обращала.

— Когда?

— Когда они с братом рассказывали тебе свою историю.

— Это не то внимание, что мне нужно! И потом… потом они дорассказали, и тогда уже можно было обратить на меня другое внимание!

Настенные гобелены легонько трепыхали бахромой на сквозняке. Все, как один, тончайшей работы, свидетельствовавшей о том, что у Норманов золота призраки не клюют. Доспехи герцогских предков, выстроившиеся в ряд вдоль стены, провожали гостей невидимыми взглядами из-под забрал. Бархатные портьеры скрывали высокие окна. Впрочем, когда Таша с Джеми проходила мимо, портьеры помахивали вычурными кистями и раздвигались сами собой, пропуская в коридор косые лучи лунного света.

А ещё была пыль. Очень много пыли. И паутины с древними пауками — видимо, питавшимися пылью, так как больше поживиться здесь было нечем.

А где-то внизу остались подвалы. О, эти подвалы… Таша вздрогнула, стоило только о них вспомнить. Гигантские, сырые, кишащие крысами — и невероятно, просто-таки сверхъестественно тёмные. Таша с Джеми почти сразу пришли к соглашению, что ни один уважающий себя призрак не станет прозябать в подобной дыре, не говоря уже о эйрдалях; а раз так, то и им здесь нечего делать.

В общем и целом особняк Норманов и правда являл собой самую подходящую декорацию для истории с привидениями.