Юный герцог изумлённо обернулся:

— Да, но при чём…

— Отлично. И где это зеркало?

— Откуда вы…

— Нет времени объяснять. Ведите нас к нему.

— Зачем?! Вы не хотите…

— С вашей сестрой всё в порядке. Её не разбудить до самого утра. Эйрдалевы чары. — Арон шагнул к нему. — Леогран, ваш дядя в опасности. И либо вы немедля ведёте нас к зеркалу, либо в скором времени вам снова придётся открывать двери фамильного склепа Норманов.

Юноша без лишних слов опрометью метнулся к двери.

Мелкими шажками, будто прилипая ступнями к половицам, Орек приближался к зеркалу.

С пустым и кротким взглядом, со страхом, плещущимся на дне зрачков.

— Раксэна? — неуверенно спросил он, вглядываясь в девушку по сторону стекла.

Та склонила голову набок:

— Так ты меня узнал, — проговорила она. — Даже в этом теле? Надо же.

Он замер перед серебристым стеклом, глядя в сапфирные глаза. Когда-то, при жизни, глаза его жены были мягкой сумеречной синевы, но сейчас…

Они светились в темноте.

— Это правда ты? — прошептал Орек.

Девушка в зеркале блаженно улыбнулась.

А затем руки, появившиеся из зеркальной рамы, заключили герцога в свои объятия.

— Ракс…

Крик оборвался.

Миг спустя в колеблющейся серебряной глади отразилась лишь опустевшая тёмная комната.

— Что за зеркало? — пропыхтел Джеми, стараясь угнаться за дэем.

Они оставляли позади ночную тишину, доспехи, гобелены и хитрую паутину коридоров Клаусхебера. Арон вроде бы не бежал, просто быстро шёл — однако неведомым образом не отставал от Леограна, несущегося сломя голову, и опережал Джеми, уже выбивающегося из сил.

— Потайной выход, — откликнулся дэй.

— А, такой же, как в штаб-квартире…

— Да.

— А что с Ташей?

— Её нет в спальне. И я знаю, что она собиралась пустить призрака в своё тело. Я надеялся, что отвадил её от этой затеи, но напрасно.

— Дурочка! — вырвалось у Джеми. — Ей что, совсем жизнь не дорога?!

— Похоже, — безнадёжно ответил Алексас. — И при подобном таланте нашей принцессы наживать неприятности мы освободимся от рыцарской клятвы весьма скоро.

Нервно сглотнув, Джеми посмотрел в русый затылок дэя:

— Значит, ваш крест из цвергова серебра?

— Верно.

— Атрибут былой… профессии, да?

— Можно и так сказать.

— И вам приходилось клеймить эйрда…

— Джеми, не сейчас.

Джеми ощутил, как Алексас в его сознании покачал головой.

В зеркало они почти врезались.

Опершись на резную раму, пытаясь отдышаться, Леогран указал на барельефные ирисы.

— Оно… активировано, — выдохнул герцог. — Недавно.

Арон даже шаг не замедлил: как шёл по коридору, так и исчез в зеркале, словно в открытой двери. Леогран, глубоко вдохнув, последовал за ним; Джеми, не затягивая, шагнул следом.

Холодную безвоздушную завесу, похожую на водную, почти мгновенно сменил сухой тёплый мрак.

— Джеми, свет!

Услышав голос Арона, Джеми послушно щёлкнул пальцами. Язычок пламени на его ладони озарил невысокие своды каменного тоннеля. Камень выглядел странно — идеально чёрный, ровный и гладкий, но не отражающий света: казалось, кто-то решил вылепить из завесы мрака мраморные стены, однако забыл добавить несколько важных деталей. Позади мерцала текучим перламутром зеркальная завеса. Точно такая же угадывалась впереди, аршинах в десяти от того места, где стоял Джеми.

На её фоне отчётливой тенью выделялась фигурка, замершая у самой грани.

— Таша! — радостно крикнул Джеми.

— Это не Таша, — бросил Арон, прежде чем двинуться вперёд.

И, почти моментально преодолев разделяющее две завесы расстояние, толкнуть в спину девушку — которая вытянутыми руками сосредоточенно душила кого-то, тонущего в перламутровом мерцании.

Некоторое время серебристая гладь зеркала в охотничьем домике расходилась беспокойными кругами. Казалось, нечто под ней отчаянно рвётся наружу.