— Пф, — изрекла Таша, пытаясь встать. Получилось не особо: ноги разъезжались в стороны, как у тряпичной куклы. — И в который раз ты это проделываешь за последние дни?

— Невыносимая девчонка! — не выдержал Джеми. — Кто тебя на этот раз просил вмешиваться?

— Сердобольность. Как много раз до этого.

Таша рассеянно огляделась, явно не понимая, что происходит. Джеми немедленно вспомнились выдержки из книг, гласившие, что с момента вселения в тело призраки полностью подавляют волю и сознание жертвы, оставляя им на память лишь провал в этой самой памяти.

Их принцессе ещё повезло: большинство героев подобных историй в какой-то момент обнаруживали себя в незнакомом доме над трупом незнакомца, сжимавшими окровавленный нож в руках и понятия не имеющими, как они здесь очутились.

— Где мы? Что…

— Потерпи немного, ладно? — голос Арона звучал устало. — Да, да, вернёмся в особняк, и получишь ответы на свои вопросы… глупая, глупая, глупая ты моя девочка.

Таша вздёрнула нос:

— Если держать кипящий чайник в стеклянном колпаке, в конечном итоге разлетится либо чайник, либо колпак.

— При такой постановке вопроса колпак, конечно, предпочтительнее, — слова дэя были мягкими и чуть печальными. Он осторожно заглянул ей в глаза. — Мир?

Джеми почудилось, что девушка сощурилась в раздумьях.

Но вслух она лишь мирно произнесла:

— И взаимопонимание.

Арон в ответ только улыбнулся, светло и радостно.

— Похоже, папа с дочкой ругались, — протянул Алексас. — Интере-есно…

Джеми озадаченно размышлял, что могло послужить причиной ссоры, пытаясь сделать верные выводы из их странного диалога; но в этот момент Леогран — видно, наконец отойдя от всего, что только что увидел, — метнулся к Ореку.

— Дядя! — он бережно помог герцогу привстать на колени. — Дядя, вы в порядке?

Тот неуверенно, пошатываясь, поднялся на ноги.

— Вы… отец Кармайкл? — хрипло спросил герцог, глядя на Арона.

— Совершенно верно. — Дэй склонил голову в знак не то приветствия, не то знакомства. — Ваша светлость, сейчас вы спросите, что произошло, но предлагаю отложить разговор до возвращения в особняк. Вы не против?

— Н… нет, — Орек смущённо похватал одежду со стула, — только…

— Конечно. Собирайтесь спокойно. Мы с детьми пойдём вперёд. — Арон шагнул к зеркалу, бережно прижимая к себе Ташу. — Джеми?

Тот покорно направился к зеркалу. Скользнул взглядом по окну.

Вмиг застыл на месте, вглядываясь в лесной мрак.

— Святой отец, там…

Затылком ощутив напряжённый взгляд дэя, осёкся — и, ругая себя за неосмотрительность, торопливо шагнул в зеркальный проход. Действительно: герцогу и его семейству вовсе необязательно знать об их проблемах.

— Да, — ответил Арон, когда они очутились в чёрном коридоре между двумя зеркалами, где Орек с Леограном уже не могли их слышать. — Это кэны.

Джеми поёжился, вспоминая красные огоньки, мелькавшие среди древесных стволов.

— Они следили за нами? — прошептала Таша, пока они шли среди тёмных каменных стен.

— Всё это время.

— И почему же они бездействуют? — хмуро спросил Алексас.

— Потому что время, которого они ждут, ещё не пришло.

И, шагнув за мерцающую перламутровую грань, они вернулись в коридор Клаусхебера: оставляя позади охотничий домик, лес и хищные чёрные тени, терпеливо выжидавшие что-то в ночи.

***

— Да, герцог должен быть по гроб жизни святому отцу благодарен, — подытожил Джеми, когда утром они шли на завтрак. — Вопрос, кто бы его раньше прикончил: вторая жена, которая эйрдаль, или первая, которая призрак.

— Думаешь, Раксэна смогла бы его убить?

— Как только вошла бы в физическую стадию развития — не сомневаюсь. А она вошла бы через какой-то год, потому что дольше всего призраки преодолевают путь до второй стадии. Дальше счёт идёт уже не на годы, а на месяцы.