— У твоей хозяйки все равно нет шансов победить! — ощерился наш пленник.

— Посмотрим еще! — не остался в долгу Слай. — Мы вам, подстилкам корповским, устроим честные выборы!

— Заткнулись оба! — рявкнул Гринь.

Он принял из рук бритоголового предмет, в котором я опознал коммуникатор, покрутил в руках и бросил на Стефа быстрый взгляд. Я без труда расшифровал его как вопрос — нехристь понятия не имел, как пользоваться прибором, но не хотел демонстрировать своего неведения.

Я, кстати, тоже не знал, как его активировать. Коммуникатор был устаревшим средством связи — относительно 27 века, естественно. Лет на двести-триста где-то. Но вот поди ж ты!

— Включи, — потребовал нехристь от боевика. Тот послушно взял прибор, приложил к середине экрана подушечку большого пальца, после чего над пластиной загорелось изображение ряда иконок.

— Эта, — бритоголовый ткнул пальцем в одну из них.

Иконки исчезли, послышался какой-то шорох и вскоре голограмма над пластиной показала нам незнакомое мужское лицо.

— Куин? Ты нашел их? — тут же спросил неизвестный. Увидел нас и тут же улыбнулся. — Вижу, нашел! Здравствуйте, господа! Я тот, кого называют Фоксом. Очень рад возможности познакомиться с вами.

У мужчины на голограмме было узкое лицо, тонкий нос и внимательные, с характерным хитрым прищуром, карие глаза. Натуральный лис — прозвище или имя подходило ему идеально. Был он немолод, лет пятидесяти, насколько можно судить по изображению.

— Я думал ты побольше, — явно издеваясь проговорил Гринь. — Как ты попал в эту маленькую коробочку, мужик?

Фокс недоуменно вытаращился на нехристя, не ожидая, что разговор с пришельцами начнется таким образом. Но вскоре, буквально через три-четыре секунды, лицо его сложилась в вежливую улыбку.

— Отличное чувство юмора, господин Волков! — выдал он, посмеиваясь. — Но, поверьте, вам незачем изображать из себя дикарей. Признаться, раньше мы здесь считали, что население Земли деградировало после вторжения, но посмотрев записи таможенного терминала «Чемал Тех», я перестал в это верить. Ваше оружие, идентификаторы, то, как вы себя вели при встрече с корпами — все это говорит о том, что на родной планете сохранилась цивилизация. И теперь, я вижу, она готова ко встрече со своими оставленными братьями.

Говорил Фокс немного витиевато, как священнослужитель ранга не меньше, чем епископский, на ежегодном заседании епархии по формированию бюджета. То есть — как политик, которым он и являлся. Грамотно выстроенная речь, паузы и интонационные акценты в нужных местах. Даже несколько неуместный пафос в конце обращения — надо же, давно оставленные братья! То есть ровно таким образом, чтобы я, равно как и Стеф, насторожились.

Зато стало понятно, как он нас так быстро отыскал. Президент подземников явно имел допуск к таможенным терминалам, один из которых мы прошли, появившись на станции.

А раз так — он нам был нужен.

Еще полтора часа блужданий по совершенно безжизненным коридорам, похожим друг на друга. Не отмечай я путь, подумал бы, что мы уже половину станции прошли. Но дроны фиксировали каждый поворот, и я видел на рисуемой карте, что в действительности мы покрыли не такое уж и большое расстояние. Плутали — да, без вариантов. До тех пор, пока не вышли к транспорту, дорогу к которому так тщательно маскировали наши новые проводники.

Точнее, сперва мы уткнулись в тупик — им закончился один из коридоров. С виду — совершенно обычный, без малейших следов двери или какого-то иного прохода. Но стоило вожаку боевиков приблизиться к стене, как та поползла вниз, открывая нашим взглядам небольшой зал, в котором стоял снаряд, вроде того, на котором мы прибыли на станцию.

Однако мы уже знали, что это была транспортная капсула, судя по всему, предназначенная для преодоления больших расстояний в пределах станции. Как ни крути, а путь в шесть тысяч километров — по моим расчетам примерно такую протяженность должно было иметь кольцо вокруг Цереры — довольно трудно преодолеть на своих двоих. А учитывая, что люди «подземной империи» общались друг с другом, торговали и даже в демократию, как выясняется, играли, транспортом они просто обязаны были располагать. Пусть бы и предназначался он не для всех, а только для «заслуженных» членов общества — к коим боевики, естественно, относились.

Часть корпуса капсулы скользнула в сторону, демонстрируя спартанское убранство транспортного средства. Жесткие сидения вдоль стен, поручни у входа — вагон монорельса из двадцать второго века, один в один. Разве что размером поменьше, четыре с половиной метра в длину и высотой чуть выше двух.

— Пристегнитесь. — бросил Куин, едва мы, следуя примеру боевиков Фокса, расселись по лавкам. — Вагон быстро идет, может трясти.

Ни Стеф, ни Гринь в гордецов играть не стали, послушно защелкнули пояса. Я, пока выдалось время, облетел дроном капсулу со всех сторон, обнаружив, что стоит она носом в длинном тоннеле. Сразу вспомнилось, как рассказывал Стражу про древнюю систему пневмопочты, очень похоже выходило.