– А почему нет? Екатерина Сергеевна дала добро, - замечаю спокойно.

– Но это нечестно. Мы пишем свою музыку сами!
– замечает Аглая.

– А мы делимся своим опытом, помогая с лирикой парням, - проговариваю медленно, - за это они помогают нам. Это бартер.

– Но у нас концепция - «всё сами»!
– недоумевает Аглая.

– Внутри агентства - «всё сами», - киваю я, - никто из участников групп не является специалистом - так что всё соответствует заявленному ранее.

– Это какой-то бред!
– бросает мне брюнетка.

– А ты пойди и пожалуйся, - предлагаю ей.

– Что?
– она аж останавливается на полпути, прекратив рассекать комнату шагами.

– Что слышала. Ты продолжаешь воевать против меня, разрушая нормальную рабочую атмосферу. Уже даже Екатерина Сергеевна заметила, что это какая-то нездоровая агрессия.

– Агрессия в принципе не может быть здоровой, - протягивает Леся.

– Успокойся и работай в команде, - произношу как можно спокойнее, - я тебе не мешаю: не занимаю твоё место, не отбираю твои сольные партии. Я лишь хочу, чтобы ваша музыка цепляла... И я при этом не отвергаю ваш вариант, а лишь предлагаю свой. В придачу.

– Да, ведь нашу песню ты даже не слышала, - замечает Ксана.

– Потому что вы не давали её послушать, - спокойно отвечаю.

– Я её тоже не слышала, - фыркает Леся, - хотя, вроде как, являюсь участницей группы.

– Я должна взглянуть на слова, - Ксана требовательно вытягивает руку; полагаю, она хочет, чтобы я дала ей свой блокнот.

Решаю, что с неё хватит и сообщения на телефоне. Так что открываю переписку и даю ей ознакомиться.

Некоторое время в комнате царит тишина, а затем Ксана нехотя произносит:

– Это любопытно.

– Вам подойдёт эта песня, - с мягкой уверенностью произношу, - вы просто поймите, пожалуйста - нам всем незачем соперничать. Это же всё для вас делается.

– И эта песня ни к чему не обязывает: концепт группы при этом может быть каким угодно,

– подаёт голос Леся.

– Ты сказала, что Егор напишет для вас музыку, - протягивает Аглая, сложив руки на груди, - а вы за это поможете парням с лирикой. Я правильно понимаю, что у тебя какие-то претензии к работе моего парня?

Боже, она уже не знает, к чему придраться?..

– У меня вообще нет никаких претензий. Я даже сам текст ещё не читала, - отвечаю, как можно спокойней, а затем отвлекаюсь на пришедшее смс от Егора, - о, а вот и он. Сейчас посмотрим.

– Да кем ты себя возомнила?!
– Аглая выхватывает мой телефон и выходит из комнаты отдыха.

Ошарашенная, следую за ней. Мы все следуем, потому что уже заранее знаем - куда и зачем она пошла...

– Ты серьёзно ей это позволишь?
– заходя в танцевальный зал, бросает Аглая Ване.

– О чём ты?
– спокойно уточняет её молодой человек.

– Надя решила править текст вашей песни, - с этакой «я-недоумеваю»-усмешкой отвечает Аглая.

– Для начала нужно заметить, что не «она решила», а «я дал на это согласие», - замечает Егор, бросив взгляд на зашедшую следом за Лесей Ксану, - потому что это наш совместный трек.

– Я не очень понимаю, что вообще происходит, - недоверчиво хмыкает Аглая.

– В чём суть твоей претензии?
– спрашивает Ваня.

Перевожу взгляд с одного парня на другого, рассматривая реакции. Только Мирослав оставался спокойным и даже равнодушным. Ваня внимательно смотрел на свою девушку. Все остальные открыто-или-не-очень веселились.

Теперь и я не понимаю, что происходит...

– Ответьте мне честно - вам это надо? Чтобы она вас правила?
– кивнув в мою сторону, спрашивает Аглая.

– Почему бы не посмотреть, что она может предложить?
– с усмешкой отзывается Егор.

– Меня это не задевает, - ровно произносит Ваня, взгляд которого становится довольно странным.

Кажется, своими глазами он пытался транслировать в мозг своей девушки простейшую команду.

«Остановись», называется.

– И ты, правда, напишешь им музыку?
– Ксана поворачивается к Егору.

– А почему - нет? Слова-то прикольные. Музыка должна быть соответствующей, - с весельем отвечает ей тот.

И до меня доходит, что тут творится. Кажется, кое-кого наказывают. Но за что?..

– Почему вы встали на их сторону?
– уже открыто недоумевая, спрашивает Аглая, - Это какой-то прикол этой недели?..

Ощущаю, как на моей талии появляются руки, и очень стараюсь сохранить то выражение на лице, что было на нём ДО их эпичного появления.

– Я другого не понимаю, - протягивает Тимур над моим ухом, - зачем ты развязываешь гражданскую войну внутри коллектива? Тебе так легче работается?