— Перескажите весь разговор. Вспоминайте. Вспоминайте все. От этого зависит жизнь вашего сына.

Мне хотелось его ударить. Изо всей силы. Так, что бы выбить эту монументальную невозмутимость! Этот чурбан с холодными волчьими глазами вызывал отторжение. Его хладнокровие в сложившейся ситуации бесило, сводило с ума.

— Илья попросил деньги в долг.

— Сколько?

— Что?

— Сколько денег он попросил?

Я стушевалась.

— Не помню. Сколько смогу…

— Часто? — увидев мой удивленный взгляд, пояснил вопрос: — Часто он у вас просил деньги?

— Нет. Пару раз в год. Может три… четыре раза… — Я закатила глаза. — Илья игрок. Он проигрывает в карты. Поэтому мы и расстались. Он болен, понимаете? Игромания!

— Вспомните ваш последний разговор. Дословно. Насколько это возможно.

Подавив вспышку злости, постаралась выровнять дыхание. Ну как можно воспроизвести телефонную перепалку полугодичной давности?!

— Он поздоровался. Спросил как дела. Я ответила, что без него — прекрасно. Спросила что ему надо. Он стал юлить, мол, все отлично, и что он скоро будет в «шоколаде». Спросил как Димка… — Запнувшись, продолжила: — После чего послала его. Илья стал мириться. Ну, а потом, спросил, могу ли я одолжить ему денег.

— И? — желтые глаза неотрывно следили за мной.

— Послала его нахрен! Не первый день знакомы. И не первый раз просил!

— Он сказал еще что-то?

— Нет! Стал канючить. Я бросила трубку и занесла его в черный список!

— А до этого не заносили?

— Заносила. Но убирала… и не спрашивайте меня: «Почему?»!!! Не знаю!!!

— Рит, тихо, тихо… — Женька прижалась ко мне. — Все будет хорошо, поверь мне. Мы найдем Илью и Диму. А если не найдем — заплатим его долг.

— Что? Ты с ума сошла?! И будем платить постоянно?! Он погряз в этом болоте навсегда! Будет играть до тех пор, пока не отсохнут руки!

— Это как вариант. Не кричи. Просто знай.

— Сколько он должен?

— Много. Не думай сейчас об этом.

— А о чем мне думать?!

— Ритусь… пытайся вспомнить даже невозможное!

В ту ночь я проспала три часа. Вскочила, словно дурная. Меня качало в стороны. В глазах ощущение пыли. Умылась, но это не помогло. Зубная паста холодной свежестью застряла в зубах. Крепкий кофе не столько бодрил, сколько вызывал непонятную сухость во рту. Выкурив две сигареты подряд, я, немея, смотрела на восходящее солнце. Сердце сжималось от страха. Дима! Солнышко мое! Где ты?!

— Почему вы не спите? — вопрос со стороны заставил вздрогнуть. А. Ну да. Робот «Вэртэр» пожаловал.

— У вас есть дети?

— Нет.

— Тогда вам не понять. — Затушив окурок, вернулась в дом. Голова трещала. Куда еще можно позвонить? Как найти Илью?!

Чтобы не мешать хозяевам, ушла в беседку, и, свернувшись калачиком на кресле даже вздремнула. Очнулась от вскрика Жеки.

— О, боже! Ты тут?! Что ты тут делаешь?!

Я, расклеив глаза, осмотрелась. Шея затекла. На мне плед. Когда и где я его нашла? Не помню. Ноги деревянные. Разогнувшись, почувствовала, как в конечностях стало покалывать.

— Рит! Я пока оббегала каждую комнату, думала, с ума сойду!

— Все нормально. — Стала внимательно рассматривать плед. Откуда он тут? Я точно помню, что усаживалась в кресло без него. — Ирка! Шереметьева Ирка! — вдруг выдало подсознание. — Помнишь ее? Она куталась в плед, тогда, на даче!

— Ну… помню. И что?

— Она по Илье сохла! Все время! Может, знает, где он?!

— Сиди тут. Я сейчас. — Женька выскочила из беседки. Я опустила ноги на пол и потерла лицо руками.

— Рит, может чаю? — на входе появился Олег.

— Да. Давай. И десять ложек сахара, пожалуйста.

— Сколько скажешь. Идем. — Он протянул руку, помогая мне встать.

Максим, хмурясь, кивнул в знак приветствия. Появился так же водитель-охранник:

— Доброе утро, Маргарита.

— Здравствуйте. — Хмуро кивнула, болтая ложкой в чашке. — Илья как-то мне сказал, что может видеть ночью. Не знаю, почему вспомнила…

— Он наркотиками не увлекался? — Олег посмотрел в мою сторону.

— Да не знаю я! — что-то во мне сломалось в тот момент. — Не спрашивала! Ну, зачем мне было спрашивать?! Я ни видеть, ни слышать его не хотела!

Женя подскочила ко мне, обняла, глянув недобрым взглядом в сторону своих мужчин.

— Рит, не злись. Мы все думаем. Просчитываем варианты. Держись, пожалуйста. Не расклеивайся. Ты главное верь, что все будет хорошо!

— Да. Я знаю. Не могу думать иначе. Просто не могу. Так можно сойти с ума. — Голос треснул, словно хрусталь. Пригубила чашку с чаем. Главное не думать о плохом!

— Я узнала адрес Шереметьевой. Поедем к ней через час. Еще очень рано.

— Хорошо. Спасибо тебе. Спасибо вам всем. — Я обвела присутствующих взглядом.