Шрифт:
— Все закончилось, Рит! — И мы обе затряслись от душивших рыданий…
Окончательно прийти в себя заставил Димка. Он, стуча по кафелю, словно жеребенок, ворвался к нам:
— Мам! Мне дядя Витя пистолет показал! И даже подержать дал!
— Ого-о-о! — протянула Женька, приподнимаясь, и закрывая меня, дав возможность вытереть слезы. — Настоящий?
— Да! А можно и мне пистолет? Я сам куплю! Я насобирал! Только… деньги дома…
— Димыч, зачем он тебе сдался? — она, обняв его за плечи, увлекла за собой.
Полежав еще минуты три, я встала и пошла в санузел. Умылась холодной водой раз пять. Посмотрела на свое отражение. М-да. Глаза красные, как у быка на родео. Нос и губы опухшие. Красотка!
А потом мы жарили мясо. Все вместе. И даже Виктор был. Он, наконец-то снял свой костюм и переоделся в джинсы и белую тенниску. Димка тулился к мужчинам. Я впервые наблюдала за подобным поведением сына и не могла понять, что им движет. Жека присела рядом:
— Рит… что у вас… с Виктором?
— Ты о чем? — не поворачиваясь, спросила, подавив внутренний рывок.
— Ну… он смотрит на тебя… так…
— Как? Своим обычным стеклянным взглядом? — нервно хохотнула в ответ.
— Да нет.
— Женевьева Арнольдовна, у вас бурная фантазия.
— Ну-ну… — она усмехнулась и подлила нам вермута в бокалы.
Глава 17
Ночью, уложив малого спать, и разобравшись с радио-няней, я впервые спокойно вышла покурить на улицу. Не успела щелкнуть зажигалкой, как услышала справа от себя:
— Не бойся. Это я.
Сигарета выпала из рук. Сердце попыталось поселиться в районе таза.
— Поговорим? — он сделал шаг, закрывая свет фонаря. По телу пошли мурашки. Сколько бы я не пыталась держать дистанцию, он с легкостью пробивал хлипкую броню, выстроенную моим подсознанием.
— Да. — Промычала в ответ, пытаясь урегулировать дыхание.
— Объясни мне, что я сделал не так. — Тихо спросил, придвигаясь ближе. Почувствовав себя «бандерлогом» перед взглядом «Каа»* (персонажи из мультфильма «Маугли», режиссёра Романа Давыдова — примеч. авт.), застыла, глядя в его потемневшие глаза.
— Я… тебя… себя… боюсь… — прошептала правду.
— Что?! — он стоял ошарашенный.
— Прости… — попыталась удрать в дом, но не смогла, он схватил за руку, дернув на себя.
— Что значит боишься? Почему?
— Все сложно, Вить…
— Иди сюда. — Рывком прижал к себе и поцеловал. Потянул в дом, уводя с крыльца, не давая опомниться, бросил на диван, где я лежала несколько часов до этого. — Не сложно Рита… в этом нет ничего сложного… — приземлился на колени, подтягивая меня к себе.
А потом было безумие. Мы сдирали одежду друг с друга, неотрывно целуясь, словно боясь потерять связь, впивались руками и ногтями в плечи, задыхались от нахлынувшей страсти.
— Иди ко мне. — Я потянула его вверх, отвлекая от своего живота, к которому он проделал дорожку из поцелуев.
— Рит… я… — попытался что-то сказать, но мое терпение иссякло.
— Ты издеваешься?! — прошипела от злости.
Виктор замер буквально на секунду и одним рывком оказался сверху, прижимая. Поднялся, опираясь по бокам руками.
— Расслабься, пожалуйста, расслабься…
Возбуждение гремело в ушах так, что сил на разговоры уже не было. Я потянулась рукой вниз, желая направить его и охнула. Он, наконец, сделал это. Вошел в меня. Медленно, не сильно, проникая с каждым толчком все глубже… О, боги! Все только началось, а я уже почувствовала, что выхожу на финишную прямую и остановить это нельзя! Виктор раскачивался надо мной, набирая темп. Еще! Еще! Еще! Закусив губу, застонала от переполнившего физического экстаза. От переизбытка эмоций слезы потекли по щекам. Судя по всему, он не ожидал, что у меня оргазм наступит так быстро и расценил мои стоны и всхлипывания иначе.
— Больно? — остановился, отодвигаясь чуть назад.
— Нет. — Притянула его руками к себе. Виктор подхватил меня, усаживаясь на край дивана.
— Обопрись коленями… так ты сможешь сама регулировать… — Прошептал в ухо и поймал мои губы своими, аккуратно насаживая на себя. Когда же я стала двигаться, замычал от удовольствия: — Ты сказка, Рита… ты моя сказка…
Эти слова волшебным елеем просочились в душу, согревая изнутри и выталкивая наружу еще более сильное влечение. Наша чувственная гонка возобновилась с новой силой. Виктор изучал меня руками, касаясь, сжимая, лаская пальцами. Целовал, слегка покусывая шею и плечи, а потом в какой-то момент, отклонив немного назад, поймал губами грудь, свободной рукой нырнув между нами. И я пропала.