— Я замерз! — возмущенно вскрикнул парень, но тут же охнул, прижимая руку к пострадавшему боку.

— На том свете согреешься, ушлепок, — сказал Николай и потер кулак. — Значит так, Володя, охраняешь этого уродца до нашего возвращения, — сказал Николай, указывая на скорчившегося в углу Аркадия.

— Все понял, шеф, — сказал охранник.

— На, держи, чучело, прикройся, — сказал я и кинул парню одеяло с кровати.

— Похоже, здесь и перевалочная база, и карцер, и конспиративная квартира, — сказал я, осматривая помещение.

— Ага, и морозильная камера, — кивнул мне Николай. — Если будут какие-то новости или проблемы — звони, — сказал Николай, пожимая руку охраннику.

— Этого не кормить, и до ветра не выводить, пусть посидит в своем же дерьме, а нагадит — затолкай ему же в глотку, — сказал я охраннику и вышел из помещения.

— Едем в район Агрегатного завода, там я покажу. Лопату и лом взял? — спросил я у охранника.

— Обижаешь, — усмехнулся Николай. — Все барахло давно в багажнике.

Я устало прикрыл глаза и откинулся на сиденье.

— Николай, есть у Игоря Геннадьевича какое-нибудь пустующее помещение, желательно с минимумом окон, но с двумя выходами?

— Да, есть такое, — сказал охранник после минутного раздумья.

— Мне нужно, чтобы обмен заложниками произошел именно там. Плюс, мне будет нужен транспорт, чтобы скрыться, — сказал я. — Да, и деньги на первое время, — добавил я.

— Куда бежать собираешься? Вас же найдут, вон, как они ловко накрыли твою демонессу в заброшенном бомбоубежище. Церковники — это то еще дерьмо, — сказал Николай, выезжая на трассу. Игорь Геннадьевич, конечно, найдет способ их приструнить, но пока они уверены, что ты спер книгу, а значит, тебя попытаются захватить. Тебе нужно перевести стрелки на Оскара Осиповича.

— Я думал над этим, — сказал я охраннику, который, к моему удивлению, оказался не таким уж и тугодумом, как мне показалось в нашу первую встречу.

— Значит, планируешь ковыряться на кладбище? — сказал он, когда до места оставалось еще километра три.

— Да, собираюсь добыть спрятанные там вещи. Кстати, а почему твой шеф отказался от этой затеи? — спросил я у Николая.

Охранник немного смутился, но, все же, ответил.

— Я бы на твоем месте туда не совался.

— Это еще почему?

— Я не особо смыслю в вашей магии и прочей дряни, но малолеткам, которым мы велели проверить ту могилу, кто-то свернул шею, мы туда с девяностых не совались. А раз даже Грузенберг с его церковниками не стал, значит, там небезопасно.

— Ладно, разберемся, — сказал я, наблюдая, как Николай паркует машину недалеко от кладбища.

— Ты учти, я посигналю, если увижу полицию или еще кого-то, ты тогда беги со всех ног оттуда, — сказал он.

— Думаю, полиция сейчас занята трупом того парня, который охранял Грузенберга, — сказал я.

— Может ты и прав, — сказал охранник, пожимая плечами. — Держи, это тебе пригодится, — сказал Николай и протянул мне складной нож.

— Спасибо, — сказал я и убрал нож в нагрудный карман, затем вытащил из багажника лом и поспешно скрылся среди деревьев.

Надеюсь, никому не взбредет наблюдать за кладбищем посреди ночи.

Снег оказался на удивление глубоким и рыхлым. Несколько раз я падал, запнувшись об упавшие надгробия, но, судя по всему, нужная могила должна быть неподалеку. Странно, на одном из надгробий была сложена пирамидка из камней, что меня сначала насторожило. Осмотревшись, я направился в дальний угол кладбища, тут, если мне не изменяет память, и должен храниться тот сундучок. Наконец, я оказался у нужной мне могилы.

Странно, на каменном надгробии и перед могилой снега не было совсем. Я осторожно наклонился и потрогал землю. Похоже, тут именно то самое место, которое я ищу, понял я. Размахнувшись, вогнал лом под край каменной плиты, пытаясь её сдвинуть. Странно, даже не шелохнулась. Налег на лом всем весом, но результат остался прежним. Присел перед надгробием и провел по известняковой плите ладонью.

VERTUNTUR IN SANGUINEM. Надпись вспыхнула и исчезла.

— Пролей кровь, значит, — я хмыкнул и достал из кармана нож.

Чиркнув по руке, я болезненно зашипел и капнул немного крови на надгробие. Звук сдвигающейся каменной плиты заставил меня отпрыгнуть в сторону. Заглянув в темный провал, я увидел ступени. «Как же хорошо иметь ночное зрение», — подумал я, пригибаясь и начиная спускаться в подземелье.

Запаха плесени или разложения я не почувствовал. Посреди выложенного камнем пространства находилось надгробие с какой-то антропоморфной фигурой. Раньше мне доводилось видеть фотографии с надгробиями рыцарей и английских королей, но увиденная фигура больше напоминала грубую поделку, словно из глины.