— Ты сбежала от нас, оставив на растерзание гнева своей тётушки, — спокойно, вместо приветствия, сказала Польна, — В тот день высекли десяток сестер.

Ответа Майи не последовало.

— И почти всех девушек, что жили с тобой в комнате и могли знать твои планы, — с явным наслаждением добавила Польна.

Тело Майи дрогнуло, но она осталась молчать.

— Как это похоже на тебя. Неблагодарное, эгоистичное дитя. Ты ведь всегда думала только о себе, не так ли? Мне говорили, что когда умерли твои родители, ты пыталась бежать, спасая свою жизнь и не думая о том, можешь ли ты еще им помочь, — фыркнула Польна.

— Я была ребенком, — с жаром ответила ей Майя, — Как я могла помочь? Как спасти тех, кто уже умер?

— Как учат в нашей обители, ты могла бы тогда отомстить убийцам. — поучительным тоном ответила настоятельница. — Но нет. Ты думала лишь о себе. Тогда и потом. Когда ты сбежала, тебя долго искали. Твоя тетушка обошла все пороги. Искала тебя на земле и под ней. Не спала ночей. А что делала ты все это время? Предавалась праздности и утехам, расставляя ноги перед каждым первым встречным?

— Я жила своей жизнью. Я заслужила это.

— Нет! — лицо Польны помрачнело, — Ты заслужила наказание за свои грехи. Говорят, твой брак несчастен. Что ж: это самое меньшее, чем могли покарать тебя боги.

Покарать…

Слова гремели в воздухе медным звоном. Покарать… Когда-то ее ставили в темную келью на горох, заставляя молиться. На час. Два. Однажды Майя провела там почти целую ночь… Но теперь вся ее жизнь эта самая келья. Без права выхода в белый свет. Девушка вспомнила молитвенную комнату дворца и тело ее начала бить мелкая судорога. Стены сдавливали пространство. Сжимались. Она задыхалась. Хотела, но не могла выйти. Потому что она наказана. И Майя знала, что заслужила наказание.

– Майя!

Чей-то голос, словно издалека, окликнул ее.

— Майя!!

Девушка обернулась в поисках хоть кого-то, кто мог говорить ее имя. Но вокруг было лишь мрачное помещение молельни.

— Все это мираж, — вновь произнес голос, — Твои страхи показывают его тебе. Борись!

Мираж?

Майя постаралась вспомнить, как она попала сюда- в это мрачное помещение. Стены перестали сжиматься, будто ожидая ее решения.

— Вспомни, что реально, — подсказал голос.

И постепенно Майя начала узнавать его. Рональд… Они шли по пустоши. Вместе.

Образ колдуна, словно призрак, стал всплывать перед ней.

Нет никакого монастыря Майониток. И Польна не приходила к ней. Все это лишь иллюзия.

Рональд протянул к ней руки.

— Держись за меня, — сказал он.

Майя ухватилась, словно утопающий за соломинку, и ощутила, что это руки живого человека. Твердые. Сильные. Под кожей бился пульс.

— Молодец, — улыбнулся Рональд. — Теперь вспомни то, что реально.

— Мы, — произнесла Майя, — В этом месте реальны только мы.

Стены молельни разрушились словно карточный домик. Они с Рональдом снова оказались в пустоши, неподалеку от ступеней к обители Вальтера.

Почти без сил, Майя упала в объятья Рональда.

— Тише, тише. Все позади, — погладил он ее волосы.

Но не успела Майя успокоиться, как их накрыло огромной черной тенью. Послышался шум, будто от крыльев дракона, и на пустошь опустилась гигантская уродливая птица. Рональд заслонил Майю собой, вынул меч из ножен. И только потом заметил, что на спине птицы сидит наездник.

— А вот и я. Скучали? — смешливо спросил тот, спешиваясь с твари.

Услышав знакомый голос, Майя подалась вперед из-за колдуна.

Фрей, ее законный муж, направлялся к ним сквозь туман пустоши. Птица, отпущенная им, мигом взлетела в небо. А Фрей все приближался. Он изменился за то время, что Майя не видела его. Теперь правую часть лица бороздили уродливые шрамы. Принц выглядел старше. Глаза его блестели нехорошим огнем.

— Я рад, что ты смогла пройти этот путь, дорогая, — сказал он, подходя к Майе, которую снова загородил собой Рональд.

Колдун не мог понять, что происходит. Майонитка, вызванная страхами Майи, была для него полупрозрачна. Не более чем призрак. Тогда как крон- принц… Это был человек из плоти и крови.

Фрей подошел ближе. Взглянул на Рональда прямым холодным взглядом.

— Пытаетесь понять, человек я или же порождение пустоши? — спросил он, — Пожалуй я помогу вам. Смотрите.

Фрей достал из кармана небольшой ножик и полоснул им себя по ладони. Из той немедля хлынула алая кровь.

— Если вы пожмете мне руку, то почувствуете, что она теплая, — мягко сказал принц. — А ведь фантазии не кровоточат?