— Леха? Ты меня слышишь? Лех? Все понял? И не смей мне бухать! Придушу!

Леха стал клясться всеми святыми, что это был последний раз, Кира, конечно, не верила, но поддержать человека надо было. Вот закончат они пруд, и она сама поставит ему литр.

— Что за спешка, Демина?

— Какая спешка? Все в рабочем порядке.

— Ага, точно, ты словно валькирия, не хватает меча и коня с крыльями. Ты что, в кабинете собралась курить? Бросила же.

Кира швырнула телефон на стол, туда же полетели так и не прикуренная сигарета и сломанная зажигалка. Встала, засунула руки в карманы светлых широких брюк, посмотрела в окно. Птички чирикали, солнышко светило, погано все, не радует даже это.

— Так что стряслось?

— Мы делаем пруд в рекордно короткие сроки, с тебя растительность, ну, ты знаешь, какая.

— Про пруд я поняла, а остальное — нет.

— Клиент улетает на две недели в командировку.

— Тот олигарх?

— Именно.

— И чем это он перед тобой так провинился?

— Видеть его не могу и не хочу.

— Аллергия на богатство? — Светка засмеялась, а Кире было совсем не до смеха.

— Ты понимаешь, — девушка села в соседнее кресло, подвинулась к подруге ближе, облокотившись на стол локтями. — Вот ниче так дядька: импозантный, манеры, никакого прямого намека на флирт, все так сдержанно, ручку поцеловал, стульчик отодвинул, а у меня внутри все от отвращения и страха скручивает.

— Страха? — Света сама подвинулась ближе, чтоб Кира кого-то боялась — это было впервые на ее памяти.

— Ну, не того страха, что он сейчас мне всадит нож в горло в центре города посередине пафосного ресторана. Тут другое, нечто животное, я не жду от него добра, и все слова и поступки автоматически рассматриваю, как с двойным подтекстом.

— Ну, а чего ты хотела? Богатые люди — они такие, у них везде недоверие, иначе миллион не заработаешь. Я больше, чем уверена, тебя проверили несколько раз вплоть до того, на какого цвета горшок ты ходила писать в детском саду.

— Думаешь?

— Да сто процентов.

— Он даже на проект не посмотрел, так, мазнул, мол, я, Кира, доверяю вашему вкусу. Блин, да зачем вообще все это тогда, я не пойму?

— И не пытайся, выкопаем пруд, я жаб раздобуду, пусть квакают ночами.

— Жаб? — Кира заинтересовалась.

— Здоровые такие, — Света показала руками, насколько здоровые.

— Кстати, о жабах. Сидим мы, якобы обсуждаем проект под чиа-пудинг с кокосом, папайей и перуанским манго. Ты вот пробовала когда-нибудь перуанский манго?

— Нет.

— Вот и мне не довелось, в горло не полез. Возникает рядом одна жаба — Сергеев, холеный, довольный, и, такой — Кира, это ты? Нет, блядь, не я! А этот Кельман, как специально, накрыл мою руку своей, мол, мы такая милая парочка, завтракаем вместе. Господи, да я там чуть не блеванула от всей комичности и нелепости ситуации. Вот, по сути, должно быть пофиг, но так противно и мерзко.

— Ну и чего он?

— Да ничего, метал бисер перед Кельманом, а тот с такой подъебкой и ехидной улыбкой, как приятно вас видеть, Денис Анатольевич, а того понесло хвалить меня и фирму, что мы сделали все на высшем уровне. Что я прекрасна во всех отношениях, а у самого чуть глаз не выпал на то, как меня этот хрыч за руку держал, еле вырвалась.

— Вот же скотина.

— Так что, Свет, все по-быстрому, роем, заливаем, вкапываем, с поставщиками я уже договорилась в первую очередь, все материалы привезут в срок. Главное, чтоб Леха повторно не ушел в крутое пике.

Кира снова встала, отошла к окну, вроде бы успокоилась, но все равно было внутреннее напряжение от всей ситуации в целом. Вроде бы ничего такого, да когда ее волновало чье-то мнение, к тому же, такого козла, как Сергеев? Да никогда. А тут, словно все специально подстроено.

Пришлось улыбаться, как дурочке, слушать комплименты, какая она замечательная и талантливая. А когда пошла в уборную, Сергеев возник рядом снова.

— Кира.

— Чего тебе?

— Ну, хоть я теперь понял, почему ты не отвечаешь на мои сообщения и звонки.

— Несложно догадаться, что именно ты там понял, дай пройти.

— На богатых потянуло?

Мужчина, преградив ей дорогу, кивнул в сторону зала, сам при этом скривив губы в презрении.

— Не твое дело, — хотела его обойти, но мужчина не дал.

— Я был о тебе лучшего мнения, а ты, оказывается, обычная шлюха.

Дальше вышло все само собой, звонкая пощечина, да так, что ладонь больно жгло, а Сергеев, ошалев от ее наглости, только хлопал глазами.

— От шлюхи слышу, — процедила сквозь зубы. — И вместо того, чтобы названивать мне, позвони жене. Или ты для всех холостой и свободный?

Он дал пройти, не сказав больше ни слова, лишь чувствовала, как его взгляд прожигает между лопаток. В туалете долго приходила в себя, хотелось убежать через окно, но она взрослая женщина, к тому же, ни в чем не виновата.