С десяток секунд Айсинг растерянно смотрел на Джейсона, и вдруг хлопнул себя по лбу.

– Конечно, Джей! Как я сразу не сообразил... Мы находимся в мире с очень высокой квантовой постоянной, около единицы... Вот откуда эта тряска!

– Ну, разумеется.

– И значит...

– Уважаемые учёные, - сказала Юля, которой не нравились ни таинственные покачивания и рывки корабля, ни непонятные разговоры.
– Будьте так любезны, снизойдите до невежды... Хотя бы в одном: мы в опасности?

Зигзагом подойдя к девушке по шаткому полу, Джейсон слегка приобнял её за плечи.

– Не в большей, чем в космическом полёте... Ну, за друзей нашего монстра я, само собой, не могу поручится, но...

– Тогда рассказывай, чтобы и я поняла, - потребовала Юля.

Джейсон сел в кресло напротив неё.

– У тебя есть хоть какие-нибудь представления о квантовой механике?

– Полузабытые, - Юля пожала плечами.
– Когда-то в институте, для общего развития... Ну, и я читала популярные книжки...

– Этого достаточно. Нас в академии тоже квантовой механикой не перегружали, но тут всё так просто, что хватит и элементарных знаний. Итак, тебе известно, что положение и скорость любого тела - величины до некоторой степени неопределенные, и чем точнее определена одна, тем более расплывчата другая, правильно?

– Да, - неуверенно сказала Юля, вспоминая соответствующие главы из научно-популярных изданий.

– Но в нашем мире эта неопределенность практически незаметна, потому что квантовая постоянная очень низка...

– Двадцать семь нулей после запятой, - вставил Айсинг.

– Спасибо, - кивнул Джейсон.
– А здесь квантовая постоянная - от неё и зависит соотношение неопределенностей - напротив, высока, близка к единице. И квантовые эффекты проявляются во всей красе. Вот, например, эти скалы. Они в самом деле зыбкие, а не размываются совсем только благодаря большой массе. Ясно, что и под нами такая же скала.

– А монстры?

– Один монстр! С ним ещё проще. Масса сравнительно невелика, вот он и размазался вокруг корабля.

– Ага... Потому-то ты и не целился.

– Конечно! Как можно целиться в зверя, который и там, и здесь, и вокруг, и лишь отчасти там, а отчасти в другом месте? Спасла плотность огня - чем больше выстрелов, тем больше вероятность попадания. Кстати, именно из-за квантовых эффектов первый же удар его клешни едва не опрокинул корабль. Квант действия здесь очень велик.

– Джей, - вмешался Айсинг как-то ревниво, - я с самого начала видел ровно столько, сколько и ты... Но ты додумался, а я нет. Что-то ведь навело тебя на мысль?

Джейсон не затруднился бы ответить на этот вопрос в двух словах, но подробности... Как он мог растолковать Айсингу то, что и для него самого во многом оставалось тайной? Поэтому он ограничился не совсем внятным ответом.

– Может быть... Так сложилось, что я больше твоего узнал о Тёмной Стене.

– Во время перехода?

– Да.

– И это было твоё... Особое зрение?

– Наверное. Айс, я не готов к разговору на эту тему.

Юлю сейчас больше интересовало другое.

– Что с нами будет, Джей?

– Проверим на практике одно из любопытных следствий квантовой теории. Оно гласит, что невозможно удержать тело на поверхности, если оно обладает достаточной энергией. Наш "Леннон", полагаю, обладает энергией вполне достаточной.

– Мы... Провалимся сквозь планету?

– Да, если тебе хочется именовать это планетой. Сквозь оболочку внутренней поверхности Тёмной Сферы.

– И значит, вывалимся назад, в наш мир?
– Юля назвала Вселенную Айсинга и Джейсона "нашим миром", не отделяя себя от неё, но там, куда они попали, это было естественно.

– Ничего подобного. Юля, здесь понятия внутреннего и внешнего не просто меняются местами, они приобретают совершенно иной смысл. Если я ни в чём не ошибся - а я думаю, что я прав - "Леннон" провалится к центру Тёмной Сферы. Представь себе, что мы у ворот... И мы войдём.

Серия мощных толчков будто подтвердила его слова. Корабль просел на полкорпуса, теперь наружные камеры едва возвышались над пустыней и показывали её уже с высоты примерно человеческого роста. Затем снова тряхнуло. Экраны погасли. "Леннон" падал, как скоростной лифт.