— Итак, Дитц, — начал Красин, когда Ассенгеймер, убедившийся, что никто не собирается предлагать ему присесть, уселся без приглашения. Причем выбрал место так, чтобы быть как можно дальше от девушки. Опасается, похоже. И правильно делает. — До того, как нас прервали, мы начали обсуждать местонахождение вашего коммуникатора. Оно вам известно?

— Я не знаю, сэр, где он сейчас. Его заменили на борту катера Дивизиона. Сержант Марек предположил, что будет предпринята попытка дис… диск… — она запнулась, но упрямо выговорила: — Дис-кре-ди-та-ции. Да, дискредитации носителя. Ещё он упомянул о необходимости выиграть время.

— Вы поэтому отказались удовлетворить любопытство капитана Паркера?

— Так точно, сэр. В частности.

Жестом фокусника Красин извлек откуда-то плотный пакет и вытряхнул на стол с десяток браслетов.

— Вы можете сказать, который из них ваш?

— Осветите нижнюю сторону ультрафиолетом. На моем — буквы СДКОЛ.

Теперь на столе появился небольшой кейс, причём Саиди мог поклясться, что руки Красина были свободны, когда он заходил в кабинет. Ну что тут скажешь? Профи…

Из уймы самого разнообразного оборудования, заполнявшего кейс, майор извлёк серебристый тонкий цилиндр, один из концов которого засветился голубым. Первый браслет… второй…

— СДКОЛ, — удовлетворенно кивнул он, откладывая один коммуникатор в сторону и после самой формальной проверки сметая в пакет все остальные. — Можете убедиться, мой генерал. Мистер Ассенгеймер?

Штатский с самым кислым видом (обходя Дитц по максимально возможной дуге) приблизился к Красину и неохотно кивнул. Надпись ярко сияла и не допускала двоякого толкования.

— И что же означают эти буквы, если не секрет? — тон Красина не предполагал возможности наличия каких-либо секретов.

— Инициалы. Мое полное имя — Светлана Дитц Кронберг Ордоньес Лазарев.

Лейтенант Дюпре шевельнула бровью. Что-то, должно быть, показалось ей если и не странным, то заслуживающим внимания. Что ж, подумал Саиди, доберемся и до этого, у Красина глаза, кажется, не только на затылке, а вообще по всему телу.

— А зачем пометили?

— "Десятка" всё-таки. Отец подарил перед отправкой в "Сан-Квентин". Мало ли что?

— Разумно, — ухмыльнулся Красин. — Ну что ж, приступим. Лидделл, займитесь.

Связистка, всю дорогу от орбитера до кабинета не выпускавшая из рук тяжёлый даже на вид чемодан с уймой запирающих и контрольных панелей, открыла его и ловко подсоединила браслет к одному из разъемов. Что-то замигало, зажужжало и, наконец, пискнуло. Ещё несколько тестов…

— Сэр, официально заявляю: в отношении этого коммуникатора попытки несанкционированного доступа не предпринимались.

— А этот? — в руках майора как по волшебству появился браслет с казенной биркой.

Ещё несколько минут ожидания.

— Этот вскрывали. Вынуждена заметить, довольно топорно, сэр.

— Отлично, — кивнул Красин. — Мой генерал?

Саиди обвел основных фигурантов медленным, изучающим взглядом, и остался вполне удовлетворен увиденным. В глазах майора Льюиса стыла обречённость, Паркер выглядел так, словно ему вот прямо сейчас необходимо в уборную. Внешнюю невозмутимость Ассенгеймера несколько портили расширившиеся зрачки и пальцы, вцепившиеся в подлокотники кресла. Дитц была похожа… ну да, на кошку. Кошку, наблюдающую, как льются в предназначенную ей миску свежие сливки.

— Я думаю, — неспешно начал генерал, — подробности подождут. Первым делом нам следует разобраться с правами собственности на спорное имущество.

— Да, сэр, — майор Красин кивнул, соглашаясь. — Дитц, вы запомнили время?

— Никак нет, сэр. Но я помню, что я сказала. "Десятка" обладает возможностью лингвистического поиска по голосу и…

— Конкретнее, — бросила лейтенант Лидделл. Оказавшись в своей стихии, девица перестала смущаться и стала деловитой до резкости.

— Сначала я крикнула "Стоять!" или "Стойте!", а потом — "Официальная запись!"

Лидделл ещё немного поколдовала над коммуникатором, затем развернула дисплей. Человеческие фигуры и счетчик даты и времени замелькали на нем, потом замедлились.

Двое мужчин-легионеров откатывают в сторону замаскированную под участок скалы дверь, хотят войти… "Стоять!!!" кричит кто-то, кого камера не видит, потому, должно быть, что находится у него на шлеме. Дверной проем приближается, по одну его сторону свет и люди, по другую — только темнота. В поле зрения появляется левая рука, пальцы правой щелкают по браслету, и тот же самый голос, который только что отдал приказ, размеренно начинает: "Официальная запись! Я, рядовая Лана Дитц, личный номер…"