Не дожидаясь одобрения, он поспешил прочь. Полсон недовольно развёл руками, бубня что-то под нос.

Картер едва вспомнил про личный набор. Повесил на пояс стэн с наручниками, убрал в карман пиджака коммуникатор и проверил заряд в парализаторе. Купленный скутер уже покоился в утильном контейнере, поэтому Картер запросил служебный. Техник-криптоматон не стал осведомляться, к чему такая спешка. Проблемы коллапсара, если это требование отразится в табеле, как превышение необходимости.

Обгоняя автобусы и другие скутеры, срезая путь, Картер домчался до жилища напарника за считанные минуты. Взбежал на крыльцо и заколотил кулаком в дверь. Щёлкнул замок. На пороге стояла Мэри Голд.

— Доброе утро, Картер, — вежливо поздоровалась она. — Чем могу помочь?

— Баркович дома?

— О да. Он беседует с Дианой наверху. Проходи.

Картер вошёл в дом. Гостиную наполнял проникающий с кухни аромат выпечки.

— Присоединишься к завтраку? — спросила Мэри. — Пирог из фермерских яблок почти готов.

— Конечно. — Картер двинулся к лестнице, но по ней уже спускался Баркович.

Гладко выбритый, в свеженьком костюме и белоснежной рубашке. На лице застыло мрачно-озадаченное выражение. В руке парализатор. Недобрый знак.

— Что ты тут делаешь, Картер? — удивился Баркович и зло покосился на жену, впустившую незваного гостя.

— Ты знаешь. — Картер машинально поднёс руку ближе к висящему на поясе оружию. — Не хочу, чтобы ты наломал дров.

Баркович закатил глаза и указал на кресло.

— Присядь, пока сам не наломал дров.

Картер сел, его напарник занял место напротив. Мэри Голд отправилась доготавливать яблочный пирог.

— Послушай, старина, — первым заговорил Баркович, — я знаю, что вы с Ди неплохо ладите, но перед Кодексом все равны, разве не так?

— Верно, — кивнул Картер. — Что тебе удалось узнать?

— Скверные вещи, — ответил Баркович и тяжело вздохнул. Он выглядел расстроенным папашей или же хорошо отыгрывал роль. — Худшие подозрения подтвердились — Ди связалась с дилером.

Пальцы Картера нервно теребили подлокотник кожаного кресла.

— Ты установил личность дилера?

— Как раз пытался, пока не заявился добрый дядюшка Картер.

— Пытался, угрожая дочери парализатором?

Баркович посмотрел на оружие в своей руке, будто она только что неожиданно выросла. Что-то в поведении напарника настораживало Картера. Излишняя суетливость, совершенно несвойственная Барковичу. Вмешательство в допрос не входило в его планы, наверняка он рассчитывал, что Полсон без труда прицепит Картера к другой рабочей группе коллапсаров.

— Это ведь наша работа, — заговорил Баркович. — Если повезёт и Кодекс обновится, через месяц Кризис минует. Возможно, я снова получу Лицензию стирателя или, чем чёрт не шутит, бригадира, а ты вернёшься к роли обычного полицейского и будешь не спеша кататься по Граббису, решая мелкие бытовые проблемы. Но этого не произойдёт, если мы схлопочем отрицательные табели за этот квартал. Для всех жизнь станет прежней, но только не для нас.

Ага, вот на что идёт упор, догадался Картер. С первых же дней совместной работы он понял, что в напарнике затаился страх не перед дилерами и нарушителями, а перед новой и незнакомой Лицензией.

— Ты веришь, что через месяц всё закончится? — Картер покачал головой. — Сомневаюсь.

— Тем более важны наши решения сейчас! — воскликнул Баркович. — Возможно, Кризис станет новой реальностью Граббиса, и что тогда? — Он ткнул себя пальцем в грудь. — Тогда мы, коллапсары, станем дублирующей Лицензией Карателей.

Тут Картер не мог поспорить. Впервые блокиратор криптоматерии появился в Граббисе в конце прошлого квартала. Никаких точных свидетельств о первоисточнике и изготовителе. Кодексу хватило сведений, чтобы к судному дню создать коллапсаров и прописать их обязанности. Однако в обновлённой версии Этического Кодекса не было ни строчки о приёме БК, как греховном деянии, а чего нет в разделах грехов, то не запрещено. Удобная конкретика для потенциальных нарушителей.

— Пойми, — продолжил давить Баркович, — при любом исходе мы должны действовать чётко, в рамках существующей модели Кодекса.

— Это не оправдание твоим методам допроса, — отрезал Картер и встал. — Я хочу сам поговорить с Дианой.

— А что же тогда, во имя Кодекса, оправдание?? — крикнул ему вслед Баркович, но не попытался удержать.

Картер взбежал по лестнице, свернул налево и вошёл в спальную комнату. Увиденное на несколько секунд пригвоздило ноги Картера к полу. Хрупкая девушка с мальчишеской фигурой сидела на стуле, руки сведены за спиной, ноги привязаны к ножкам плотной верёвкой. Кляп во рту и повязка из галстука на глазах дополняли ужасную картину. Канареечного цвета волосы спутаны, а на розовых щеках ещё не успели высохнуть следы от слёз.

Внезапная ярость вытащила Картера из оцепенения. Он бросился к девушке, освободил от кляпа и повязки.

— Придётся надрать твоему папаше задницу за такое, — сказал Картер, принимаясь за узлы на ногах.

— Сзади! — закричала Диана.

Не оборачиваясь, Картер тут же отпрыгнул в сторону и перекатился в открытую дверь смежной комнаты. В то место, где он сидел, ударил мощный заряд, едва не задев девушку. Та впала в истерику и зарыдала.

— Шустрый гадёныш, — процедил Баркович. — Успокойся, дорогая, сейчас я его выкурю и мы продолжим.