Видимо, ей предстояла бессонная ночь.

*****

Разбуженные ночью торговцы почти мгновенно вскочили, испуганно сжимая в руках дубинки. В последнее время с ними они не расставались.

Удар кремня о кресало и огоньки свечей подрагивают у них в руках.

— Что это? — тихо спросил первый мужчина у второго. — Ты тоже это слышал?

— Д-да. — гулкий грохот, который раздался в прихожей было трудно не заметить.

Собравшись с духом, они аккуратно раздвинули двери и вышли в прихожую.

После чего чуть было не бросились обратно в комнату.

Стены и пол были покрыты красными разводами брызгами, в которых можно было без труда узнать кровь. В воздухе стоял характерный металлический запах.

— О Ками, что это за демоны?!

— Руди, п-повернись, — сиплый голос товарища заставил Руди замереть, а потом с ужасом обернуться.

Окно было распахнуто настежь, а в углу комнаты застыла невысокая фигура, полностью покрытая шевелящимся мраком.

Бедные мастеровые не могли от ужаса даже вздохнуть. Оказаться в одной комнате с воителем, который явно пришел по их души — это был воплощённый, рафинированный кошмар жителей этого мира.

Рука существа сместилась указав на два футона, в каждом из которых торчала палочка для еды.

— Вы знаете, что от вас хотят. — глухо произнес воитель, после чего растворился в тенях.

Этой ночью мастеровые больше не заснут.

*****

Мари с без эмоциональным лицом смотрела, как торговцы спешно передают смущенным бандитам права на дом, после чего экстренно уходят из города.

Судя по их словам, от идеи открыть тут свое представительство они отказались раз и навсегда.

Девушка была довольна. Операция прошла успешно, а всего-то и нужна была кровь украденной курицы, две палочки для еды и пара слов страшным голосом.

Тем не менее, ее работа еще не была закончена.

*****

Главарь местной банды проснулся от довольно неприятного чувства. Одеяло, которым он укрылся перед сном было сброшено, а когда он попытался встать, то ощутил у себя на горле сталь острого ножа.

— Лежи или сдохнешь. — и что-то в голосе говорившего заставило Урга поверить в эту грозу.

— Можешь повернуть голову, — убийца явно чувствовал себя владельцем ситуации.

Надо ли говорить, что склонившаяся над ним покрытая тьмой фигура не вызвала у Урги ничего кроме желания резко опустошить свой мочевой пузырь?

— Зачем вы здесь? — проскрипел он. Горло так не вовремя подвело, отказываясь подчиняться своему хозяину.

— Недавно вы заставили хозяев одного домика уехать. Зря вы так сделали.

— Мы не знали, что он принадлежит воителям! — истово забормотал Ург, в очередной раз подавив желание облегчиться. — Мы бы никогда…

— Вы принесете документы на дом в отобранное вами здание и положите на пол, после чего никогда больше там не появитесь. — слова воителя были подозрительно сбидчивыми и излишне напряженными, но бандит, который уже готовился встретиться с Шинигами, этого естественно не заметил.

Сложно быть придирчивым с острым лезвием у глотки.

— Спасибо за вашу милость! Мы сделаем все именно так, как вы хотите! А…

Больше ничего не говоря, воитель растворился в тенях, а сам главарь, вскочив с постели, которая насквозь была мокрой от пота, а может быть и не только, побежал искать своих подчиненных.

В эту ночь не только ему будет хреново.

Это же надо, нарваться на чертовых воителей! Он засунет ногу в жопу своему заместителю, который проверял тех мастеровых.

— Обычные лохи, говорил он, — рычал сквозь зубы Ург. — Никаких проблем, Ург. Я покажу тебе никаких проблем!

*****

Мари облегченно выдохнула, поднимая с пола документ на дом. Лишь она знала каких нервов ей стоило удерживать клинок у шеи того верзилы. Если бы он резко дернулся, она немедленно бы сбежала.

Она слишком хорошо помнила, что случилось, когда она попыталась драться у себя в деревне.

Да и то, что она ему говорила было исключительной отсебятиной. Она лишь надеялась, что бандит знает о воителях еще меньше нее самой.

К счастью, все прошло удачно.

Деньги были у нее, дом тоже. Казалось бы, тренируйся и осваивай данные господином техники.

Но Мари знала, что этого мало. Она могла сделать больше.

А это значило, что ей следовало найти тех, кто мог дать это самое «больше».