– Ю о-о-опен за дор!
– пело чудовище, открывая мною двери.

– Вижу, что ты готовился, - усмехнулась я, пытаясь слезть на неровный пол, ерзая на чужих руках.

– Такие гарантии подойдут?
– послышался голос над ухом. Перед нами была еще одна дверь, которая вела на капитанский мостик.
– Ну, а теперь хором! Ванс… Мор...

Меня спустили на пол, а я едва удержала юбку и равновесие, глядя на штурвал и магические печати. Мимо меня пролетели, ударяясь в стекла методички “Как спастись от айсберга”.

– Пришли, - радостно объявило чудовище, испытывая мои нервы на прочность.
– Слышишь? Ты слышишь эти звуки? Кому-то срочно нужна помощь!

– Эй! Здесь кто-нибудь есть?
– сплюнула я горькие волосы.
– Эй! Отзовись!

Никто не ответил, а я уже ничему не удивляясь, бросилась осматривать мостик.

– Эй! Ты где!
– отчаянно кричала я, переворачивая то, что еще не перевернуто. Какие-то судовые журналы падали на мокрый пол, записи, обрывки бумаг с какими-то координатами и даже капитанская трубка из красного дерева. Чернильница разлилась по столу, заливая документы и капая на пол.

Прислушайся, - встревоженно произнесло чудовище, пока я обыскивала кабинет.
– Ближе подойди!

Я подошла так близко, как только позволял браслет, навострив уши.

Слышишь? Слышишь, как во мне просыпается совесть, - очаровательно усмехнулось чудовище, а я заметила кровавые пятна на его белой сорочки в виде слюнявчика. – Могу оставить ее тебе в залог. Такие гарантии тебя устроят?

Чудовище крутануло магический круг штурвала, а потом положило руку на какую-то печать. В этот момент люди заорали, а свет везде погас.

Уходя, проверьте воду и выключите свет! Так учила мама!
– усмехнулось чудовище, пока я смотрела на него. Получался замкнутый круг. Чтобы получить убедительные гарантии, нужно снять браслет. Но снимать браслет нельзя! - Достаточно? Я только что выключил двигатели, которые вращают лопасти. По крайней мере, я дал людям шанс. Это считается гарантией?

Мощный дар волны о стекла, заставил меня зажмуриться. Мне казалось, что они вот-вот вылетят, но они выстояли. На одном стекла пошла трещина.

– Нет, - выдохнула я, глядя на него с мольбой. – Как тебе объяснить…

Я пыталась найти слова, но не могла, видя, как демон склонился над столом.

– Ты думай, думай… Я пока тут напишу отзыв. Дорогая компания “Мэджик стар лайн”!
– слышала я, глядя на прыгающие буквы в судовом журнале. Чудовище с улыбкой обмакивало в стекающие по столу чернила причудливое перо.
– Вино на борту было в рифму, сервис отвратительный, невнимательный экипаж. Единственная уборка моего номера состоялась при затоплении! Меня возмущает тот факт, что девушкам выдали спасательные жилеты вместо купальников.

Ты что? Жалобу строчишь?
– ужаснулась я, глядя на прыгающий почерк.

Кто-то же должен это сделать?
– улыбнулось чудовище, испытывая мои нервы.
– Так мало девушек в купальниках, так много криков и воплей. Итак, вернемся к браслету….

Он улыбнулся, приближаясь ко мне.

– Я же сказал, что люблю тебя, - улыбнулось чудовище. – Неужели этого недостаточно?

– Скольким девушкам ты уже это говорил. И где они теперь?
– ответила я, а душа умоляла поверить.

– То есть, ты мне не веришь?
– с досадой произнесло чудовище, выдыхая и глядя на меня. Его рука прошлась рядом с моим лицом, словно гладя мою щеку.

– Мне сложно поверить, - я безотрывно следила за его рукой. – Представь себя на моем месте! Ты стоишь перед чудовищем, которое сожрало на твоей памяти несколько человек! А сейчас оно протягивает тебе руку…

 Я запнулась, глядя на протянутую мне ладонь.

– И предлагает поверить ему, - закончила я, нервно выдыхая.

– Значит, чудовище? – уголок губ чудовища дрогнул.

– Я не знаю никого, кто хоть раз поверил чудовищу и может об этом рассказать, - ответила я, чувствуя, как нервно перебираю бусины.

– Моя мама, например, - на меня смотрели внимательно.

– И как? – спросила я, чувствуя, как браслет проворачивается на запястье.

– Перед тобой результат, - усмехнулось чудовище, разводя руками.

– Зачем ты их убивал? – прошептала я, слыша хруст стекла под натиском волн. – Зачем ты вынуждал их снять браслет, чтобы убить?

– Знаешь, то, что нравится мне днем никогда не нравится мне ночью. И наоборот. Браслет означает, что у меня есть только один выбор – смириться с собственным выбором, как бы странно это не звучало. А я не хочу мириться, - произнесло чудовище, пока вода стекала по стеклу, а со стола стали падать предметы, укатываясь в угол комнаты. – Я тоже хочу любить, а не молча мириться с чужим выбором!