Лиз проснулась от грохота цепей и лязга оков. Странные вещи происходили в темнице. Скелеты, столпившись у клетки Джека, вытащили его оттуда, и повели к орудиям пыток. Девушка вся напряглась от нехорошего предчувствия.

Скелеты подвели парня к дыбе и молча стали приковывать его кандалами к холодному металлу.

— Что все это значит? — требовательно спросил Джек, пытаясь вырваться.

Хоть Джек и обладал недюжей физической силой, но скелеты, подверженные колдовским чарам, были сильнее. Они уверенно и хладнокровно выполняли приказ, не обращая внимания на сопротивления заключенного.

Скелеты не ответили. Зато оживился Зузу. Он медленно поднялся со скамьи и столь же медленно направился к Джеку.

— Что такое? — издевался он. — Мальчик не может понять что происходит?

— Да как ты смеешь? — вскричал Джек. — Не забывайся! Каково бы не было мое положение на данный момент, но я все еще остаюсь сыном твоего Повелителя. Поумерь свой пыл и не будь столь надменен. Ты всего лишь слуга моего отца!

— Да, это ты правильно заметил, — согласился Зузу. — Я, действительно, слуга. И вот сейчас я подчиняюсь приказу своего Господина. Он велел мне любым путем добиться твоего желания стать нормальным.

— Что ты имеешь ввиду под словом «нормальным»? — не понял Джек.

— Да то, что ты должен понять, что Зло лучше Добра и вновь занять подобающее тебе место у трона своего родителя.

— Тогда ты зря собираешься терять время. Мне не интересны дела моего отца. Более того, они мне откровенно неприятны.

— На твоем месте я бы не был столь категоричен. Интересно как ты запоешь, когда эти ходячие кости будут делать свое дело.

Скелеты уже закончили сковывать Джека и ждали дальнейших указаний.

— Ты не желаешь одуматься до начала пыток? — осведомился Зузу.

— Даже не подумаю! — решительно выкрикнул Джек.

— Это ты зря, — скривив губы, усмехнулся его мучитель.

Зузу отошел, жестом давая знак приступить.

Леденящий душу скрежет железа огласил своды подземелья. Провернув колесо управления дыбой один раз, скелет закрепил его и отошел. Один оборот колеса не причинил Джеку особой боли. Ноги и руки вытянулись. На лице молодого человека не дрогнул ни один мускул.

— Ему вовсе не больно, — заметил Зузу. — А ну, проверни колесо еще разок.

Скелет покорно выполнил приказ. Джек поморщился, но вновь овладел собой. Вызывающе глядя на Зузу, он сделал попытку улыбнуться.

— Он еще и издевается! — возмутился истязатель. — Сделать два оборота!

Колесо с лязгом провернулось еще раз и незамедлительно проделало еще один оборот. Лицо Джека исказилось от боли, а сжатые кулаки искорежили металл удерживающих его пластин.

— Да, ты силен, — заметил Зузу. — Только это тебе не поможет.

Он с удовольствием смотрел на мучения Джека. Молодой человек боролся с болью, не позволяя ей овладеть собой. Сквозь звон в ушах он услышал голос Элизабет. Девушка плакала и звала его по имени. Он слабо улыбнулся, давая ей понять, что слышит её. Зузу тоже слышал её мольбы о том, чтобы он прекратил эти пытки. Но ему было абсолютно все равно, что говорила эта девушка, и что испытывал Джек. Кивком головы он дал понять скелету, что пора сделать еще два оборота.

Скрежет колеса смешался со скрежетом зубов Джека, из последних сил сдерживающих крик. Мышцы рук и груди напряглись, порвав рубашку. Глаза налились гневом, смешанным с кровью порвавшихся от напряжения сосудов. Тело Джека трещало от напряжения оков, растягивающих его. От испытываемой боли мутился разум и сдавленный крик вырвался из истерзанной груди молодого человека помимо его воли.

Элизабет металась в своей камере, умоляя мучителей проявить к нему хоть каплю сострадания, но, видимо, слово «сострадание» отсутствовало в лексиконе Зузу и скелетов. Ничто не могло заставить их отступить от приказа Великого Повелителя.

Девушке казалось, что Джека просто разорвут на дыбе. Если бы в этот момент Грэкхэм оказался в её камере, она бы своими же собственными зубами перегрызла горло этому садисту. Каждый новый поворот колеса повергал девушку в истерику.

Неизвестно сколько продолжалось бы это издевательство над Джеком, если бы его тело не поникло. Бесчувственная голова свесилась на грудь, а черные пряди волос упали на покрытое потом красивое лицо.

— Вы убили его, сволочи! — девушка взвыла, как раненный зверь, и бросилась к решетке, разделяющей её с любимым.

Один из скелетов окатил Джека ледяной водой. Тело юноши дернулось и напряглось от боли, которая опять причинила ему нечеловеческие страдания.

— Остановитесь! Вы убьете его! — завопила Лиз, срывая голос.

Казалось, что её слова дошли до мучителей, хоть разум в головах скелетов и отсутствовал, делая их покорными, слепыми исполнителями любых приказов Повелителя.