— Раздавлению, — хихикнула Аша.

— Ну дык? Кто выскажется первым?

Эхзолл:

— И зачем нам это делать, вампир? Ты нас втянул во все это, а теперь предлагаешь все усложнить?

— Так все просто. Я вас буду шантажировать. Кто мне не поможет, тот останется здесь навсегда.

Недовольный ропот.

Астария:

— Не зазнавайся, Рео. Кто тебе сказал, что мы не справимся без тебя? И вообще, я думаю здесь остаться.

И поморщилась, словно нюхнула задницу Йолопуки.

— Ври больше. Там ты была ледяной королевой, а здесь станешь подстилкой гоблина. Останешься?

— Ц!

Гурон:

— Мы с Дри согласны. Никогда не любил гоблинов, молотом их по голове.

Катя:

— Дайте гоблинов! Больше гоблинов!

Элизиума кашлянула:

— У меня есть идея.

Мы дождались ночи и вышли со свалки. Машину пришлось оставить — тесная и палевная. Ах да, Эхзолла тоже. «Гениальный план» провалился бы слишком быстро, если бы в нашей компании заметили огромного четырехного мужика. Кстати, я ему обещал с ящеробабой помочь. Но, наверное, сейчас не самое подходящее время. Некр не сильно противился. Наоборот, был доволен, что его не втянут в очередную авантюру. С ним я оставил Ашу, Тео и Дриайю. Блюм так и не выбрался, над чем я громко поржал, но попросил Каю помочь ему, но только не говорить, что я сказал. А то возомнит себе еще… В общем, с этими мутными типками я разберусь позже. И ничего страшного, потерпят денек на свалке. А вот тролля взяли. На удивление, они тоже часть угнетенного общества. Редкие, конечно, но все же встречаются.

Астария:

— Я не буду этого делать, Рео! Спятил! Тебе жить надоело?

Я не унимался:

— Ну Асти, пожалуйста, ты очень красивая… Всё зажило, волосы отрасли. Это же легко, смотри.

Я поднял кулак и сделал у рта движения туда-сюда в такт, упираясь себе языком в щеку. Ну, типа, член сосешь.

— Ни за что.

— Да это же игра! Ты тут самая властная на вид, и ни один гоблин не устоит.

— Последнее предупреждение.

— Я сделаю, я! — подняла руку Катарсия. — Это же интересно.

Через пять минут Катя стояла у обочины, выжидая очередную машину-колесницу. Да не обычную, а какой-нибудь многоместный хаммер. Сколько мы не голосовали, никто не останавливался.

Ага, едет!

Мы выглядывали из-за деревьев. Катя приступила. Выгнула попку и стала наяривать у рта рукой, помогая языком. Да так мощно, что я нисколько не сомневался в талантах ученой. Как и мой вставший хер.

Я был доволен и расплылся в оскале:

— Говорил же сработает. Прекрасно помню гоблинскую натуру.

Золотая колесница остановилась у обочины, окошко открылось:

— Ут-и-и-и маленьки-и-и эльфиц-а-а. Хочеш-и-и пордовати-и-и моего огри-и-и? Залезати-и-и-и.

В один прыжок я оказался у машины, выдернул очумевшего гоблина.

— Ну приветиии, — пропел я. — Давай познакомлю с настоящим огром.

Я швырнул заверещащего гоблина в густы. Звук «пым» дал мне понять, что от него ничего не осталось после знакомства с дубиной Пука. Да-да, ношение оружие в Аме… Варгароне разрешено.

Я заглянул внутрь. Один ехал, повезло. Не хотелось бы марать руки о маленьких гоблинят.

— Твою мать, что это?

Водительское место было заточено под гоблина. Я вырвал мелкое креслице с корнем и отшвырнул в сторону. Махнул своим рукой и хотел было сесть за руль. Благо, в шестнадцать лет отучился, да и опыт было немного. Но впал в ступор. Три рычага, одна педаль, какие-то завитушки, руны и оленьи рога вместо руля.

— Давай я, отец.

Во мне проснулся дух приключений.

— Я сам хочу…

— Ты не сможешь.

— Чейта… вроде все просто.

— Пять лет обучения, отец.

— Херасе.

Я почесал репу. Стало еще интереснее. Бляха, с одной стороны будет не круто попасть в ДТП, завалить всю миссию и погубить корешей, а с другой… так хочется.

Выбор очевиден.

— Отец, нет, синий рычаг! Мама… что же это? Отец, не так резко!

— Да понял я, понял. Тут легко…

— Тормози.

Я резко вдавил по тормозам, которых не было. Пришлось быстро соображать, что тормозится здесь подобием поворотников на рогах.

Аша апатично втыкала в окно.

— Ой, гильдия красоты еще открыта. Может заедем?

— Мама, нет. Отец, помедленней! Мы подъезжаем к городу! Осторожно, гоблин!

Я резко свернул, наматывая мелкого на колесо.

— Упс. Рука дернулась.

Астария цыкнула, Гурон выругался, Йолопуки, занявший половину огромного внедорожника, довольно крякнул:

— Вперед, ездюк-вождюк.

Я вывернул руку и показал заржавшему троллю фак.

— Отец, ты… ты… ты…

Пришлось припарковаться, чуть не перевернувшись в кювет.