— Я бы с радостью, но на сегодня у меня ещё оговорена встреча с издателем. Нужно организовать раздачу автографов на начало августа. Я же не могу оставить моих поклонников без сиятельного образа героя. Вы говорили, что нужно подписать договор. Я подготовился.

Локхарт аккуратно, словно ценнейшую драгоценность, извлёк из нагрудного кармана мантии золотое перо с игольно-острым наконечником.

— Конечно, мой мальчик, вот твой контракт преподавателя ЗОТИ.

Дамблдор подвинул к Локхарту заполненный пергамент и чернильницу.

— Где расписаться? — склонился над договором Гилдерой.

— Вот тут.

Длинный палец пожилого волшебника упёрся в пустое место под текстом договора. У Гилдероя дрогнула рука, и он уколол кончиком пера палец директора.

— Ох, простите! — взволнованно всплеснул руками Локхарт. — Я такой неловкий. Директор, давайте сейчас же наведаемся в Мунго — целители справятся с вашими увечьями.

— Не преувеличивай, мой мальчик, — поморщился Альбус, прикладывая к выступившей капельке крови платок. — Это всего лишь царапина. Ты не виноват. Всего лишь волнение. Я и сам в молодости на собеседовании о должности профессора трансфигурации волновался.

— С вами точно всё в порядке? — не сходила озабоченность с лица Гилдероя.

— Точно.

Локхарт подмахнул размашистой подписью пергамент и одарил директора натянутой улыбкой.

— Директор, если вы не против… Меня ждёт издатель.

— Я тебя не задерживаю, мой мальчик. До встречи первого сентября.

— Прощайте, директор Дамблдор.

Локхарт забрался в камин, бросил под ноги горсть дымолётного пороха и произнёс:

— Логово красавчика.

Стоило ему исчезнуть во вспышке зелёного пламени, Дамблдор не сдержал тихого смеха.

Увидев довольное лицо Дункана, Сайлас понял, что это не к добру. Обычно, как он помнил, его самозваный братец радуется, когда умирает кто-то из волшебников, которые ему чем-то не угодили.

— Ты чего такой радостный? — с опаской спросил он.

— Просто так.

— Просто так не бывает. Не верю. Что за пакость ты задумал, Дункан?

— Почему сразу пакость? И вообще, Сайлас, кончай трепаться и собирайся. Время близится к обеду — мы как раз успеем в клинику сделать мне пластику.

— Я так и знал, что ты будешь меня наглым образом эксплуатировать, — печально вздохнул Крамп. — Вот почему другие волшебники заставляют маглов сделать что-то для себя, а меня заставляет магл?

— Потому что гладиолус! Сайлас, не тяни сопли, на тебя даже Кошкотун смотрит с укоризной.

— Мяу! — поднял голову с дивана Кошкотун, передав хозяину мысль: «И ничего я не смотрю на него! У меня более важная задача — поспать».

— Твой кот-трансвестит меня задолбал в твоё отсутствие, — возмутился Сайлас. — Постоянно приносит мышей и крыс. Живых!

— Так нечего разводить дома грызунов. И вообще, ты должен быть благодарен. Кошкотун тебе дом от грызунов очищает.

— Но у меня нет крыс и мышей! Точнее, не было до этого. Твой трансгендерный кот таскает грызунов от соседей!

— Мяу-у… (Не благодарите. Скучно у вас без мышей — теперь будет, что поесть и с чем поиграться. Хотя, так уж и быть, можете в благодарность всё же дать мне мраморной говядины).

Дункан усмехнулся, уловив мысли фамильяра.

— Чего там твой белый монстр верещит? — подозрительно скосил глаза на животное Сайлас.

— Он чёрный… где-то глубоко в душе. Мраморной говядины хочет.

— Фига се запросы! — присвистнул Крамп. — Пусть своих мышей жрёт! Они куда-то по дому разбежались.

Обычно подготовка к пластической операции занимает немало времени. Каждый человек индивидуален. Хирургу следует прикинуть, как делать пластику, составить план операции. Пациентов много, оттого клинику придётся посещать минимум два раза.

Дункан не хотел терять времени, поэтому с одной стороны простимулировал медиков деньгами, с другой стороны волшебством посодействовал Сайлас. В результате он лёг под нож тем же вечером. Под конец операции Сайлас воспользовался Рябиновым отваром, а когда все раны от надрезов зажили, скорректировал память всем медикам и уничтожил документацию.

Клинику Дункан покинул поздним вечером уже с другой внешностью.

Утром он спустился в столовую, где его уже ждал Сайлас за накрытым столом.

— Непривычно на твою рожу смотреть, — он наколол на вилку кусочек стейка.

— Так страшно выгляжу?

— Выглядишь нормально, но непривычно. Ты стал напоминать магловского актёра Эдриана Пола, если его перекрасить под блондина.

— Удивлён, что ты знаешь киношных актёров, тем более столь малозначительных.

В этом мире Эдриан Пол не получил той известности, как в родном мире Дункана, из-за отсутствия саги про бессмертного горца.