— Как всё сложно, — запрокинута голову Джессика.

— М-да… Волшебникам необходим хороший политтехнолог.

— Дункан, прежде чем что-то внушать маглам, сначала нужно убедить волшебников в необходимости интеграции в их общество.

— Полностью поддерживаю. Хм… Пожалуй, пошлю Дамблдору учебники по политтехнологиям и маркетингу. Он, конечно, опытный политик, но и ему есть чему поучиться. Я в своё время там почерпнул много интересных идей и приёмов…

После медового месяца Дункан достаточно восстановился от ритуала и обратился к новому дару. Его радости не было предела, ведь от василиска ему досталось самое лучшее из возможного — способность глаз.

Считается, что глаза василиска превращают животных и людей в камень. Это в корне неверно, о чём писал известный на востоке китайский средневековый магозоолог Квонг По. Он занимался изучением драконов, в число которых включил василиска. В китайском труде «Применение частей драконов в алхимии» он мельком упомянул о ментальной магической природе глаз василиска.

Поскольку василиски неразумные, они действуют на инстинктах. Взгляд короля змей направляет на жертву ментальный импульс, который вводит её организм в состояние паралича. Таким образом, змеюка заготавливает себе консервы. Если взгляд прошёлся вскользь, то жертву можно вывести из анабиоза. Если же тварь приложила в полную мощь — тут ничего не поможет. Жертва в таком случае действительно напоминает камень и погибает мгновенно, что можно понять на примере Миртл Уорен.

Дункан отличался наличием разума, пусть и не всегда им пользовался в полную силу. Но это нормальное состояние для любого человека — все ленятся, исключений не существует. Лень — природный механизм энергосбережения, по крайней мере, есть такая научная гипотеза.

Разум даёт огромный простор в использовании силы глаз василиска.

Хоггарт приступил к экспериментам и тренировкам. В первую очередь он опробовал приёмы из легилименции (проникновение в разум) и окклюменции (защита сознания от легилименции). Естественно, тренировались они с Джессикой. Она сильно удивилась, когда у него начало получаться использовать беспалочковую легилименцию.

Он определил, что его ментальная сила далека от идеала — до василиска он сильно недотягивает. Но это не мешало ему тренироваться в парализации на мышах — извечных подопытных учёных.

Со временем с адаптацией способности и из-за частого применения ментальная сила понемногу росла. Он научился временно парализовать грызунов. Потом перешёл на крыс, кроликов, овец и дошёл до крупного рогатого скота.

Затем он стал адаптировать под свою способность ментальные заклинания волшебников: Конфундус, Отвод глаз, Обливейт. На Империо он пока даже не думал замахиваться — не те силы, но уже вынашивал планы попробовать повторить эффекты зелий ментального влияния вроде Елейной смазки Григория, стирания памяти, любовных зелий.

Шаман-менталист — звучит дико, но это работает. Он применял способности василиска с помощью астральной силы. Дункан намеренно не увеличивал свиту духов, как это делает любой шаман.

Зачем ему это? После смерти с ним останутся лишь духи с глубокой привязкой вроде спутника и фамильяра. Такую привязку нельзя проводить часто во избежание повреждения души шамана. А временным духам нужно платить. Одним молись, с другими силой делись, которая больше пригодится в тренировках, третьим жертвы приноси. Когда же душа достаточно восстанавливается, он встаёт перед выбором: либо заполучить сверхспособность, либо привязать ещё одного духа.

То ли дело сверхспособности. Во-первых, они с ним останутся навсегда. Во-вторых, их использование позволит увеличить астральную силу. А там через полвека можно будет добавить ещё одно заклинание или способность.

Как показывает опыт — способность волшебного животного даёт больше, чем привитое заклинание. Заклинание чистый шаман может лишь активировать и регулировать его мощность. Способность получается контролировать в более широком диапазоне.

Изучая менталистику, Дункан обнаружил литературу по практикам «Ментального контакта». Эти практики дают возможность волшебнику проникать в сновидения своей жертвы и видоизменять их, а также предполагают способность на короткое время подчинять других своей воле, заставляя выполнять какие-либо мелкие поручения.

Вся сложность в установлении ментального контакта. Для проникновения в сны нужно иметь какую-то связь с жертвой, например, через кровь или волосы, а для внушения нужен близкий контакт.

Но вся прелесть этой техники для шамана заключается в том, что он может покидать тело в виде духа и влиять непосредственно на жертву или даже вселяться в её сны.

Хоггарт провёл параллели со сновидцами из литературы обычных людей. Несколько книг были написаны по практикам шаманов Южной Америки. Он раздобыл эту литературу и расширил спектр приёмов.