— А я? — спросил Савельев.

— И ты, — сказал Егор Михайлович. — И тот англосакс, будь он неладен. Кстати, есть о нем какие-то новости?

— Нет, — сказал Савельев. — Он не вернулся.

— Или англичане решили нам об этом не сообщать.

— Не думаю, — сказал Савельев. — Сейчас, когда опасность угрожает человечеству в целом, все играют в открытую.

— А ты в этом уверен?

— По крайней мере, я хочу в это верить, — сказал Савельев. — Иначе все не имеет смысла.

— Хомо хомини люпус эст, ек-макарек, — сказал Егор Михайлович.

— Надеюсь, что нет.

— Может, пока это еще не так, — сказал Егор Михайлович. — Но так будет. Весь этот налет так называемой цивилизации слетит с человечества, как пыльца на ветру, едва только жареным запахнет. И обнажится самая суть. Такое вот у нас общество. Был шанс построить другое, но мы его благополучно про… упустили.

— Дед, не начинай, — попросил Савельев. — И без твоей пропаганды тошно.

— Вот дедушка Ленин хороший был вождь, — сказал Егор Михайлович. — А все другие…

— Я рапорт напишу, — устало пообещал Савельев.

— Пиши, родной, пиши. Бумага все стерпит.

Посреди кабинета ректора повис уже знакомый Гарри золотистый овал божественного портала. В следующий миг из портала появился… кто-то.

Но это был явно не бог.

Это был здоровенный четырехметровый орк в тяжелой броне, украшенной человеческими черепами. Он вылетел из портала спиной вперед, в полете выронил из руки тяжелый боевой топор (топор упал на антикварный журнальный столик и разбил его вдребезги) и врезался в стену, вызвав небольшое локальное землетрясение.

Гарри схватился за пистолет, а Сумкин — за волшебную палочку, но приземлившийся орк не подавал никаких признаков жизни, да и полоски над головой у него уже не было.

— Видимо, еще в полете помер, — констатировал Федор. — Что ни разу не удивительно. С тех пор, как физрук стал богом, немногим дано пережить его сокрушительный пинок.

Портал был непроницаем для взора, но звуки через него все же проходили. Гарри услышал рев, удары и подозрительное хлюпанье, а потом были выстрелы, и тренированное ухо Гарри узнало «дезерт игл».

Выстрелов было много, больше десятка, и рев то становился громче, то стихал.

Федор сидел в своем кресле с безмятежным лицом человека, познавшего дзен, и на эту какофонию больше не реагировал. Видимо, в его системе координат произошло уже худшее, что только могло произойти, и теперь можно было ничего больше не бояться.

— Может, нам помочь? — спросил Гарри, кивнув в сторону портала.

— А, нет, — сказал Федор. — Он, видимо, в своей божественной ипостаси, а может быть, даже в божественной ярости, и лучшее, что мы можем в такой ситуации сделать, это не мешать. Это для нас лучшее, ему-то сейчас все равно. Кроме того, божественные порталы работают только в одну сторону, пропускают только существ соответствующего статуса, и мы туда попасть никак не сможем, даже если бы сильно захотели. А я и не хочу.

И он продолжил созерцание.

Выстрелы стихли. Теперь кто-то кого-то бил, и возможно, ногами.

Потом затихли и звуки ударов.

Рев тоже.

Но тишина длилась лишь несколько мгновений, а потом до кабинета ректора донесся громогласный голос:

— Я надеюсь, вы усвоили урок, сукины дети! — возвестил божественный глас. — Вам повезло, что у меня есть другие дела, и поэтому на сегодня с вас хватит, но учтите, что я еще вернусь. Так что ведите себя достойно или вам доведется узнать меня с плохой стороны!

— Пафосно, — заметил Гарри.

— Пытается соответствовать, — сказал Федор. — Кровавое возмездие — это вам не кот начхал, и все такое.

Поверхность божественного портала покрылась божественной рябью, а потом из нее высунулась божественная нога в божественных джинсах божественно голубого оттенка и несколько потрепанном, но все еще божественном коричневом ботинке.

А вслед за ногой в портал протиснулось и все остальное.

И пришел физрук.

Кристоф не входил в топ сто общего зачета игроков Системы, даже близко к нему не стоял. У него был не самый высокий киллрейтинг, и имя его было не на слуху, впрочем, при его роде занятий он был этому только рад.

Он был из числа тех игроков. которые твердо знают, что рулит не уровень, а скилл, и вкидывал свободные очки только в две характеристики. Среднего роста, довольно худой, он всегда одевался так, как было принято в локации пребывания и уже через несколько минут сливался с толпой.