— Прекрасно. — Ложь сорвалась быстро. — А ты?

Он проигнорировал формальное продолжение, решив вместо этого сразу перейти к делу.

— Я думал... Ну, о многих вещах. О наших отношениях.

Вэл замерла и попыталась заговорить, но не смогла. «Он бросает меня».

Облегчение, которое принесла эта мысль, испугало Вэл. Может быть, не испытывать ревности нормально, но радость от того, что тебя собираются бросить определенно нет.

«Никогда не думала, что могу быть такой холодной».

— Вэл? Ты еще здесь?

— Да, — проговорила она слабо.

— Видишь ли, я хотел бы поднять наши отношения на другой уровень, и я не совсем уверен, что тебе это понравится, — он сделал паузу, оценивая тишину. — Я бы предпочел обсудить это лично, наедине. Если ты не возражаешь.

— Хорошо, — сказала Вэл.

— Хорошо? — повторил он.

— Да, прекрасно.

«Лед должен дарить онемение, замораживать».

— Слушай, давай встретимся в Кловерридж-парке. Поговорим там. Мы могли бы даже устроить пикник — принести еду и все такое. Тебе нравится идея?

— Да.

«Мне слишком холодно».

— Часов в шесть вечера?

Но она все еще недостаточно замерзла. Вэл посмотрела на часы.

У нее оставалось чуть меньше двух часов на подготовку. Конечно, если предположить, что у нее нет других планов. Она так ничего и не смогла придумать потому что ее мысли превратились в ленивые, неосязаемые вихри, ускользающие в клочья пара в тот момент, когда они оказывались в ее руках.

— Да.

— Увидимся тогда.

— Уг-м.

Ее всегда было мало.

Она была неполноценной.

«Я — дымка».

Вэл принесла две банки содовой, которые стащила на собраниях в общежитии, и две банки пива, купленные в последнюю минуту в кафетерии Студенческого союза.

Кловерридж-парк находился прямо напротив здания Студенческого союза. Это была короткая прогулка, недостаточно долгая, чтобы обдумать все то, что она боялась, ей придется сказать.

Джейд уже был там. Он расстелил старое одеяло на влажной траве. Он выглядел так, словно недавно вылез из машины, весь в морщинах, комочках ворса и таинственных коричневых пятнах. Кофе? Кровь?

— Привет, — сказал он, глядя на нее снизу-вверх. — Ты добралась сюда нормально?

Она отвела взгляд от пятен.

— Да.

— Ты сегодня немногословна.

— Я устала. — Она плюхнулась и чуть не раздавила бутерброды в маленьком бумажном пакете. Она вспомнила о них как раз вовремя и предложила ему больший из двух. — Сэндвич?

Он некоторое время тупо смотрел на нее, прежде чем отодвинуться в сторону.

— Спасибо, что согласилась встретится со мной так быстро.

Вспомнив свою прежнюю обиду, Вэл покраснела.

— Эм... да, конечно.

— Знаешь, я хотел поговорить о том, куда мы с тобой движемся как пара.

У нее внутри все сжалось.

— Э-э-э?

— Я очень... физически проявляю свою привязанность.

Это было правдой. Он всегда пытался взять ее за руку, поцеловать, прикоснуться к ней, когда она этого не ожидала. Эти прикосновения напоминали ей о Джеймсе, что заставляло ее подпрыгивать, а затем чувствовать себя виноватой за это.

— Мы встречаемся уже месяц, — говорил он, — я хотел бы иметь возможность, э-э, знаешь. Поцеловать тебя... и, может быть, даже больше... без того, чтобы ты всегда отшатывалась.

— Прости, — проговорила она автоматически.

— Не извиняйся. Это не твоя вина. Я просто хотел бы знать, почему — если ты можешь мне сказать — и из-за меня ли это, или я что-то делаю не так, или просто тебе не нравлюсь. — Слова вырвались внезапно, как будто он боялся, что не сможет их произнести, если не будет говорить достаточно быстро. — Что было бы хорошо, — добавил он после неловкой паузы. — Я просто... хотел бы знать.

— Ты мне нравишься, — сказала она, задаваясь вопросом, были ли эти слова правдой, даже когда они слетели с ее губ. Она говорила так много лжи, что сама уже и наполовину не знала правды.

— Тогда в чем дело? — он мягко настаивал. Почему люди настаивали на том, чтобы прокладывать свои разговоры с такими моральными ловушками?

— Джейд, я…

«Почему он так на меня смотрит?»

Она открыла банку с колой и сделала глоток.

— Мне нужно тебе кое-что рассказать.

— Хорошо.

— Что-то... ужасное. Правда, действительно ужасное.

Он моргнул.

— Что это? Что случилось?

— Есть один человек, который... хочет меня убить.

Поддерживающая улыбка сползла с его лица, показывая недоверие и... ну, это было почти похоже на злость. На мгновение она была уверена, что он обсудил это с Мэри, что они вдвоем беспокоились о ней, как пара сплетничающих старых леди. Так же быстро эта уверенность исчезла, и защита вернулась, когда он сказал: