Нет, не отсиделись. Но что я мог поделать? Ну, вот что можно поделать с двумя упертыми старыми вояками, да еще и бабами впридачу?! Сейчас мне вспоминать об этом горько и больно. А дни, когда мы скакали под двору под ироничные замечания старой наемницы кажутся настоящим раем. Сейчас я лежу на кровати в небольшом домике, состоящем из трех комнат и кухни, смотрю в потолок и думаю, как я дошел до такой жизни.

Началось все среди белого дня — никаких тебе ночных ниндзя, никаких сложных выкрутасов с проникновениями через дымоход и десантирующихся с летающих ковров спецназовцев. Они просто-напросто одним ударом высадили ворота и ворвались во двор толпой человек в пятьдесят. Даже не бандиты — обычные наемники, которых наняли для штурма некого объекта.

Мы в это время были дома — обедали, сидели за кухонным столом, и только потому сумели уцелеть в первые же минуты начавшейся вакханалии. Аурика метнулась к двери, закрыла ее на засов, но мы уже поняли, что дело наше совершеннейшая дрянь. Будь мы хоть косая сажень в плечах и силы богатырской, но против полусотни опытных бойцов выстоять нет никакой возможности. Пулемет бы сюда, тогда — да. И гранат десятка два. А без этого — шансы наши точно ниже плинтуса.

Я ничего не сказал моим соратницам — все и так ясно, зачем лишний раз сотрясать воздух. Они и сами все прекрасно понимали. И сдается мне — чувствовали свою вину. Не послушались! Не сделали по-моему! Вот и меня подвели под монастырь.

А теперь осталось только одно: «Наверх все, товарищи, все по местам…» Когда я слышал эту песню — в горле першило. Думалось — а я бы смог вот так, зная, что другого пути, кроме как на тот свет у меня больше не имеется? Смог бы биться до последнего патрона, последнего снаряда, не имея никакой надежды на спасение? И не мог дать никакого ответа. Себя ведь обмануть невозможно…

А потом случилось так, что я все-таки прошел этой дорогой. Один раз уже прошел. И похоже, что придется пройти ей и еще разок. Не хочется, черт возьми, ой, как не хочется! Не нравится мне эта дорожка, но только куда денешься, если так легли карты? Женщин я не оставлю, это без всякого сомнения. Ну а тогда…что тогда? Понятно — что тогда.

— За мной! — скомандовала Селена, и почти бегом рванула туда, где у нее находился арсенал. Облачились мы за считанные минуты, подгоняемые тяжелыми ударами в дверь и воплями разгоряченных агрессоров. Сдается, что большинство из них были или под градусом, или хорошенько накурились шмали. Вопили, будто как стадо разъяренных бандерлогов.

Все сборы у нас заняли минуты две, не больше. Кольчуги, оружие, в пояса — все деньги, что могли унести без ущерба для скорости движения. На шею — амулеты физической и магической защиты. Мне — тоже, все-таки я боевая единица, а не просто погулять вышел.

Договорились о боевом строе. Впереди идут Селена и Аурика, я прикрываю им спину и стараюсь не попасть под удар копья — само собой, основным их оружием будет копье с мечевидным, или листовидным наконечником. Как хочешь назови, но это похожее на вытянутый лист обоюдоострое лезвие не что иное, как меч, насаженный на длинную рукоятку. Хочешь — издалека пыряй, хочешь — коли в упор. И так и эдак хорошо — тебе, но не врагу.

Ну, вот и все. Кончилась моя славная житуха. Вперед, и с песней! Но прежде…прежде как следует постреляем.

Пока эти придурки опомнились, мы успели положить трех человек — двух из них свалил я. Остальные или разбежались, или были прикрыты амулетами физзащиты. Кстати, впервые видел как этот самый амулет работает: хлопнула тетива арбалета, болт летит в глаз противнику, и…огибает цель, отлетая далеко в сторону! Никаких спецэффектов, никаких искр и лазеров пиу-пиу, просто болт проходит мимо так, будто вместо рук у меня корявые грабли. Забавная штучка, этот амулетик…нравится он мне!

Некоторое время штурмующие отсиживались вне зоны досягаемости, но потом видимо решили, что надо ситуацию как-то выпрямлять. И первое, что сделали — выслали парламентеров. Ну это и понятно — пока тут идет бла-бла, можно зайти с другой стороны дома и попробовать вломиться через окна второго этажа. Дом двухэтажный, первый этаж почти без окон — окно имеется только в кухне, и то маленькое. Видимо тут главным критерием при проектировании этого здания была его безопасность. Ничем другим такое странное его построение я объяснить не могу.

Селена вела переговоры, которые я не слушал, а мы с Аурикой полезли даже не на второй этаж, а на чердак — тут на все четыре стороны выходили небольшие оконца, открывающиеся на бронзовых петлях. Отсюда прекрасно видно — кто куда полез и какие зловещие козни нам строит этот поганец. Так что за свою самонадеянность поплатились еще двое крутых парней. Вернее, двое — это наповал, третий вроде как уполз. Рука Аурики дрогнула и болт воткнулся ему не в макушку, а в плечо возле ключицы. Но то, что он теперь не будет участвовать в штурме — это без всякого сомнения. Минус шесть.

Толпа снова попряталась. Никто никуда не бежал, никто нас не беспокоил — похоже, что получив крепкий отпор наемники задумались — а что же теперь в конце-то концов им делать? Патовая ситуация!

И мы задумались. Еще пару раз пальнули по опрометчиво высунувшим свои «грабли» наемникам, и даже вроде как разок попали (кто-то вскрикнул и вроде как застонал), но было совершенно ясно — еще минут десять, пятнадцать, и нас начнут выкуривать по-настоящему. Нам нужно прорываться. У ворот стоит боевой маг, который только и ждет команды начать раскатывать дом по камешкам, вдоль стен прячется толпа боевиков, которые ждут, что боевой маг высадит двери в дом, и перспективы у нас нет совершенно никакой.