Я почесал в затылке. Оком Баала называли огромную песчаную бурю, которая уже лет двадцать бушевала над большей частью Ближнего Востока. Явление это появилось в конце двадцатых годов двадцать первого века, сразу после того как по планете прокатились три разрушительные эпидемии. Ослабленные и полумертвые народы Ближнего Востока не придумали ничего умнее как сцепиться в глобальной войне, которая привела в итоге к обмену ядерными ударами. Первыми применили бомбу израильтяне, и очень удивились, когда получили ответку — оказалось что немалая часть стран региона втайне обзавелись ядерным оружием и не постеснялась его применить. Там много чего нехорошего пускали друг в друга горячие семитские парни, и в итоге большая часть региона превратилась в покрытую стеклом радиоактивную пустыню непригодную для жизни. Народу погибло очень много, так что вскоре воевать стало некому.

Ну а после того как отгремели последние залпы самоубийственной войны пришла новая беда — гигантский водушный шторм невиданных масштабов накрыл регион. Явление это, которое было хорошо видно из космоса получило название «Око Баала». Те немногие города, которые уцелели в войне, были засыпаны песком, оставшееся население разбежалось по всем сторонам, вызвав миграционный кризис в соседних странах, Европе и даже России. Только со мной училось, помнится два парня из бывшей Сирии и это в Сибири! Помимо собственно песчаных бурь «Око Баала» гнуснопрославилось откровенной чертовщиной, о которой на переменах шепотом рассказывали наши сирийские одноклассники. Что-то там было про демонов песков приходящих по ночам, про смертельные удары которые получал человек, просто наступив на землю, про голоса в голове которые заставляли людей убивать членов своей семьи и тому подобную ересь. Понятно, что эти страшные сказки на чем-то реальном основывались, но я глубоко в тему никогда не вникал — как раз в это время у меня начались проблемы с дисциплиной и меня исключили из той школы.

— Я все еще не понял, как я могу вам помочь. — пожал плечами я.

— Через неделю по следам экспедиции пойдет поисковый отряд. Я хочу, чтобы ты был в составе отряда.

— Почему именно я?

Кван помолчал, потом объяснил, что в последнем отчете группа отчиталась о попадании в зону аномалий, которые представляли собой мигрирующие участки наведенного напряжения на поверхности почвы. Стоило человеку наступить на такой возникала разность потенциалов и следовал электрический удар разной силы — от шокирующего до смертельного. В том самом отчете сообщалось о гибели троих участников экспедиции от поражения электрическим током. Предполагалось, что на следующий день люди попробуют вырваться из ловушки, в которую сами забрались, но больше сообщений не было. Кроме того, последнего, но его и отчетом-то назвать сложно, больше похоже на бред умирающего человека.

— Главной твоей задачей станет выяснил судьбу одного человека — участника экспедиции, — добавил кореец, — Спасательную партию собирает организатор первой экспедиции, а его волнует не столько судьба пропавших людей, сколько результаты исследований и я уверен что отвлекаться на поиски конкретного человека он не будет.

— Этот человек ваш родственник?

— Племянник. Его звали… зовут Ын Джи Пак, вот фото.

Я поднял прилетевшее ко мне по столешнице фото и отметил, что племянник на дядю вообще не похож.

— Я знаю, что ты можешь видеть электромагнитные поля и легко увидишь аномалии с электрическим потенциалом на земле, Только это позволит мне внедрить тебя в состав спасательной группы — хозяева экспедиции отказались взять любого другого моего человека, у нас с ними натянутые отношения, к сожалению.

Я откинулся в кресле и задумался. То, что мое умение видеть электромагнитные поля уже известно неизвестному количеству людей, как минимум Квану не радовало. По-любому Виктор, сука, растрепал. С другой стороны, это открывает передо мной определенные возможности, которыми грех не воспользоваться. Я покосился в сторону прихожей, где за закрытой дверью сидел Виктор. В том, что он подслушивает, я не сомневался — дверь была тонкой, да и стена из гипсокартона звуки пропускала хорошо.

— За от поход ты получишь от руководства экспедиции хороший гонорар как приглашенный специалист, — неправильно понял мои колебания Кван, — Боевые действия, если они случатся, будут оплачены по тройной ставке. И конечно в любом случае ты получишь благодарность моей семьи, особенно если сможешь выяснить судьбу Ын Джи. Можешь быть уверен, что моя благодарность это не пустой звук!

— Я готов согласиться на участие в экспедиции. — решительно ответил я, — Но с одним условием, мне потребуется кое-какое дополнительное оборудование.

Мне показалось или за стеной раздался недовольный возглас? Виктору не нравится мое согласие? Не зря сучок намекал на нежелательность моего участия в этом походе. Ну, вот пусть утрется теперь!

— Я готов предоставить любое дополнительное снаряжение, если оно вообще доступно за деньги, — ответил обрадованный кореец.

Я поднял руку, призывая его к молчанию, взял в руки фотографию Ын Джи, вытащил из кармана карандаш и написал на оборотной стороне пару строк. Толкнул фото по столу к Квану. Тот, подняв брови, поднял фото, прочел, быстро взглянул на меня. Я сидел с каменной физиономией, показывая, что торг здесь не уместен.

Кореец, вздохнул, потом достал ручку сделал приписку и отправил фото обратно. Я поднял карточку, прочел ответ, скривился, потом медленно кивнул. Это меньше чем я ожидал, но все лучше, чем ничего. Посмотрим, насколько этот азиат держит свое слово. В любом случае это хорошая заявка на победу и даже если не выгорит — я буду знать, что в этом прогнившем проекте доверять нельзя абсолютно никому.

Я встал, пряча фото в карман и сказал:

— Похоже, что мы договорились. По рукам мистер Кван.