— Я не нарушаю своего слова, — отчеканила фея, пригнувшись к крышке стола. Она сверху вниз с презрением смотрела на Разумовского. — Ты жалок. Я даже не буду питаться тобой. Просто убью. Время, отведённое тебе, вышло.

— Не-е-ет! — истошно завопил дядя.

Но уже через пару секунду его вопль оборвал хруст шейных позвонков. Одна из фей необычайно быстро и ловко свернула его шею, словно только этим всю жизнь и занималась. Труп Разумовского со стуком упал лицом вперёд.

Я с мрачным удовлетворением посмотрел на бездыханное тело того, кого привык называть дядей, а затем проронила:

— Всего хорошего, дамы.

Моя рука обхватила дверную ручку. И та без проблем поддалась. За дверью меня уже ждала всё та же улыбчивая красотка. Она, не говоря ни слова, проводила меня на первый этаж. Там я накинул куртку и с пакетом подмышкой вышел из салона.

Я втянул холодный воздух, поглядел на спешащих домой разумных и с чувством произнёс:

— Эх, какой же чудесный вечерок.

— Я бы с удовольствием выпил их души, — тихонько пробормотал из кармана Тетсуя. — Они сильные.

— И их род сильный. Убей я этих тварей и за мной началась бы настоящая охота. Они и так могут заинтересоваться мной. Всё-таки не каждый день к ним приходит такой интересный квартерон, — пробурчал я, втянул голову в плечи и направился к станции метро.

— А зачем ты тогда устроил это представление? — искренне не понял клинок.

— За тем, что я не мог собственноручно убить дядю, — признался я. — Если бы ты только знал, как он внешне был похож на моего отца. Ну, того, который неродной.

— Ну и что?

— Ну и то, — огрызнулся я.

Клинок замолчал. То ли обиделся, то ли решил поберечь энергию и уснул. Ну и шут с ним. Не фиг лезть мне в душу. Наконец-то многолетняя месть завершилась. Да ещё и с финансовым бонусом. Благодаря ему я закрою свои долги.

Уже возле ступеней, ведущих в метро, я вытащил телефон и позвонил Бульдогу.

— Да, Стажёр, — прохрипел охотник на фоне шума автомобильного мотора. — Ты сейчас не совсем в кон звонишь. Мы тут за бесами гоняемся.

— Все хоть живы?

— Бесы? Нет, не все, — захохотал он в трубку. — А среди нас — все. Эльфийка эта твоя, бойкой оказалась.

— Я не его! — раздался на заднем плане гневный визг Ленки.

— До завтра управитесь? — поинтересовался я, широко улыбнувшись и по привычке настороженно следя за горожанами. Они туда-сюда бегали по ступеням, будто всё время куда-то опаздывали.

— Угу, управимся, — буркнул охотник. И следом за его словами раздался надсадный визг тормозов. — Стоп машина! Приехали.

— Я завтра к тебе в магазин вечерком загляну, — торопливо пообещал я.

— Хорошо. Отбой, — Бульдог сбросил вызов.

А я немножко усовестился. Они там с бесами бьются, а я тут… Хотя чего мне стыдиться? У меня своих проблем полно. Не помереть бы до дня рождения. А он уже через несколько дней. Надо успеть закончить ещё несколько дел до часа икс. И в первую очередь — вручить Валерону энную сумму денег. Это ведь из-за меня оборотни спалили его хату.

Приняв такое справедливое решение, я нырнул в метро. И уже через пару станций вышел на поверхность. Сел на автобус. Проехал три или четыре остановки. А потом опять вернулся в подземку и уже помчался к своему дому. Таким незамысловатым способом я попытался сбросить хвост, если кто-то из фей отправился следом за мной. Вдруг у них возникла мысль выяснить, где я живу? Поэтому я и исполнял все эти телодвижения.

Ну, надеюсь, судьба больше не сведёт меня с феями. Ведь я даже не планировал наведываться к ним в роли охотника. Во-первых, сейчас у меня нет времени. А во-вторых, другие охотники не пойдут со мной. Они же работают с малочисленными группами монстров. А тут — целый род. Но фей можно будет сдать инквизитору. Да, так и сделаю.

Пока же я вошёл в подъезд, стрельнув взглядом на будку консьержки. Но её там не оказалось. Наверное, она уже ушла. И я смог со спокойным сердцем подняться на лифте до своего этажа.

Открыв дверь, я проник в тёмную прихожую и включил свет. Пышкин почему-то не вылетел меня встречать. Но из комнаты вышла Каринэль. И на ней оказался коротенький атласный халатик, едва прикрывающий пятую точку.

— Ты уже вернулся, — пропела она почему-то накрашенными губами. Хотя уже было довольно поздно.

— Угу, — сипло выдохнул я, стараясь не глядеть в её декольте. А оно так и манило меня, будто бесхозные пятьсот долларов, валяющиеся на тротуаре.

— Всё хорошо? Ты весь покраснел, — заволновалась девушка.