— К сожалению, должен, — невесело сказал я и следом максимально убедительно соврал: — Но у меня есть хорошие шансы на победу. Я сильнее любого монстра.

— Всё равно это очень опасно, — пролепетала эльфийка, прижав руки к полной груди, скрытой просторной футболкой.

— Ну, ничего не поделаешь. Так что вот мои инструкции. Если я погибну, чего лично мне очень не хотелось бы, то ты, Каринэль, возьмёшь все мои деньги, Пышкина и свалишь куда-нибудь в Австралию или в любую другую страну, где тебя не смогут достать вампиры. Поклянись, что сделаешь так.

— Клянусь, — спустя пару секунд твёрдо выдала она. — Но надеюсь, что мне никогда не придётся исполнять эту клятву.

— А вы меня-то спросили? — подал голос разобиженный кот. — Я так-то не хочу жить с комаром-переростком, у которой ещё и кривые руки. Они ведь даже готовить не умеет. Её яичницей можно тараканов травить!

— Пышкин, не возникай, — одёрнул я животное. — У тебя всё равно нет выбора. Либо она, либо помойка.

— Хм! — громко хмыкнул кот и, гордо задрав хвост, молча вышел из кухни.

— Моть… — пропищала девушка и умоляюще посмотрела на меня. Её нижняя губа дрожала, словно эльфийка готовилась зарыдать. Но на меня такие фокусы не действовали.

Я несильно хлопнул ладонью по крышке стола и не терпящим возражений голосом заявил:

— Всё. Обсуждать тут нечего. Я продолжу участвовать в турнире. Я дал слово.

Вампирша негодующе фыркнула, поиграла желваками, а затем выметнулась из кухни вслед за котом. Я не побежал за ней, хотя до моих ушей донеслись всхлипы. Кажись, девушка принялась рыдать в соседней комнате. И её горький плачь привлёк кота.

Я не видел Пышина, но услышал его беззаботные слова:

— Чего ты ревёшь? За Мотьку переживаешь? Да не парься ты. Он и не из таких передряг выбирался. Я воспитал из него прекрасного воина. Вот тебе моё честное мяу.

Плачь остроухой стал тише. А через час она уже совсем успокоилась. Но ближе к полуночи Каринэль провожала меня на турнир с таким мрачным лицом, словно уже видела меня в гробу в белых тапках. Я же лихо подмигнул ей, поцеловал в тёплую щеку и покинул квартиру.

Лифт довёз меня до первого этажа, и я вышел на улицу. Там меня укусил за нос довольно крепкий морозец. Хорошо хоть вампирша заставила меня надеть шапку. Я мысленно поблагодарил её за это и упругой походкой двинулся к метро.

По пути меня одолевали гнетущие мысли, касающиеся предстоящей битвы. А холодок страха бегал по спине. Вся надежда на то, что в бою включится ИИ, иначе Самоубийцу вынесут из клетки вперёд ногами.

Пока же я добрался до знакомого клуба, расположенного недалеко от Большого театра. Быстро оглядел сверкающее стеклом здание и нырнул в подвал. Обе пары орков быстро досмотрели меня, после чего я оказался среди трибун. Нелюди уже на четыре пятых заполнили их. А прутья клетки холодно и опасно поблескивали в свете софитов. Торговцы же привычно выкрикивали названия более чем экзотических угощений, вроде жареных ушек эльфов.

Я посмотрел на табло и увидел обратный отсчёт. Через пару десятков минут начнётся жеребьёвка. В преддверии её меня охватило волнение. Прям как перед сложнейшим экзаменом. Я несколько раз глубоко вздохнул и, не став изменять традиции, снова подошёл к тем перилам, за которыми был песок и клетка.

Мои руки легли на холодный металл ограждения, а напряжённый взгляд принялся рыскать по сторонам. Гномы, эльфы, орки, люди и полукровки всех мастей. Все они с предвкушением занимали свои места, перебрасываясь возбуждёнными фразами и порой взрываясь хохотом. Для них этот турнир был охрененным развлечением. А я зло скрипнул зубами, сжав перила побелевшими пальцами.

И тут вдруг позади меня раздался насмешливый голос:

— А вот и ты.

— И ты, — буркнул я, смерив рыжего гнома хмурым взглядом.

Тот весело оскалился и бросил:

— А ты чего такой злой? Опять в зеркало посмотрелся? Тогда это нормально. Если бы у меня была подобная рожа, то я бы тоже всегда ходил таким злым.

— Тебе больше некого подоставать? — осведомился я, заломив левую бровь. У меня сейчас не было желания соревноваться с ним в остроумии.

— Угадал, — расплылся в улыбке гном. — Ну, давай, включайся. Чего ты?

Я цыкнул и хотел всё-таки что-нибудь съязвить. Но тут громыхнул голос распорядителя. Он вылетел из динамиков и радостно поприветствовал всех собравшихся, отдал дань уважения устроителям турнира. И под конец своего спича, нагоняя напряжение, распорядитель выдал, словно иллюзионист перед финалом фокуса:

— Дамы и господа, приготовьтесь! Сейчас вы увидите то, что мало кто видел…

— …Женский оргазм? — прошептал гном и весело заржал, закрывая рот рукой.

— …Щепку от креста Господнего! — ликующе закончил голос из динамиков.