Монстры накинулись на разбегающихся по арене несчастных. Когти, клыки и оканчивающиеся острыми костяными наростами хвосты быстро нашли своих жертв. Одна из тварей прыгнула, оттолкнувшись от песка и набросилась на попытавшуюся забраться по стене женщину. Монстр ударом хвоста сорвал её на землю и начал рвать когтями. Оторванная голова отлетела в сторону в веере кровавых брызг.

Кто-то из стоявших ближе всего гостей не выдержал. До Пирса понеслись звуки тошноты, перекрытые восторженными криками людей.

Людей ли?

— Это анархия, — сквозь зубы выдавил Пирс.

В ответ на это улыбка Хазани стала ещё шире.

— О да. Анархия. Прекрасная в своей первозданной чистоте. Посмотрите на них, мистер Пирс. Разве они вас не бесят? Разве вам не хочется их смерти? Ведь вы, такой правильный, послушный приверженец закона и порядка, воспетого Федерацией и «вашим» миром. Насколько чище стал бы «ваш» мир, если бы вы сейчас вырезали их всех? Прямо тут.

Вопрос, прозвучавший из уст этого человека, практически дословно повторял уже посещавшую Брэя мысль. Сколько проблем можно было бы решить, просто избавившись от неугодных? Хазани будто насмехался на ним, приводя в качестве аргументов своей точки зрения его же собственные мысли.

— Моё мнение — не имеет значения, — коротко ответил Пирс, не желая вступать в эту дискуссию.

— Естественно, — согласился с ним Хазани, — ведь у вас нет свободы. Вы связаны своими законами, обязательствами, нормами поведения и морали. Хм… забавно, я думал, что калеку сожрут первым.

Хазани погладил свою бороду, наблюдая за продолжавшейся на арене резнёй. Твари бросались от человека к человеку, словно играя со своими жертвами. В живых оставалось лишь четверо.

— Вы, Брэй, — впервые обратил к нему по имени Хазани, — всего лишь цепной пёс, который кусает тех, кого прикажут. Жадная до крови цепная собака, сидящая на коротком поводке. Мужчин. Женщин. Детей. Какая вам разница, кого сожрать? Смысл вашего существования такой же, как и у преданного пса. Дождаться цели, на которую укажет перст хозяина. Семья Альбертини не даст мне соврать.

Отвернувшись от арены, Хазани рассмеялся, увидев едва скрываемое выражение глубочайшей ярости и злости на лице своего собеседника. Почему-то это настолько развеселило его, что египтянин не смог себя сдержать и уже через секунду хохотал в голос, наслаждаясь этой картиной.

Пальцы Пирса сами собой сжались в кулаки.

Мужчина с сожалением ощутил пустоту между пальцами там, где они должны были сомкнуться на рукоятях привычного оружия. Больше всего на свете ему сейчас хотелось схватить этого, возомнившего себя королём ублюдка и швырнуть прямо на арену. Он хотел своими собственными глазами увидеть, как твари, заживо рвущие обычных людей на части, вцепиться когтями в его глотку. Сам того не понимая, Пирс вдруг почувствовал энергию, растекавшуюся по рукам. Его собственная сила наполнялся рвущееся в бой тело, проступая на коже едва заметной чёрной дымкой.

Невероятным усилием воли, Пирс подавил это желание. У него не было такого приказа. Он должен был выполнить лишь то, зачем его сюда прислали.

По подземелью прокатились восторженные крики. Люди приветствовали новую кровь, пролившуюся на песок. Кричали, вопили и восторгались происходящим, подбадривая, кто людей, кто монстров.

Через собравшихся протолкнулась красивая блондинка в шёлковом платье. Её пальцы коснулись плеча Пирса, привлекая его внимание и в тоже самое время, словно изгоняя царившие в голове мысли.

Появление Смирновой не осталось незамеченным. Облизнув губы, Хазани прошёл хищным взглядом по фигуре появившейся девушки, скользнув глазами по глубокому декольте и длинным ножкам, мелькнувшим в разрезе платья.

— А, какая красавица. Рад что платье вам подош…

— Пошёл в задницу, — огрызнулась Кристина, у которой перед глазами всё ещё стояла картина смерти Имира.

Стоявшие вокруг них люди зашушукались, услышав столь неприкрыто высказанное оскорбление в адрес хозяина мероприятия, а некоторые даже отошли в стороны от греха подальше. Но реакция Озаракха удивила их. Тот лишь доброжелательно улыбнулся, как сделал бы родитель в ответ на проделку маленького ребёнка.

— Ммм… Не только красива, но ещё и остра на язычок. Люблю таких. О, кажется, несут ваш трофей.

Пирс вместе со Кристиной обернулись и увидели двоих слуг, идущих прямо к ним от входа в подземелье дворца. Один держал в руках бумажную распечатку, а второй длинный предмет, завёрнутый в матерчатый чехол, перевязанный белым шнуром.

Они подошли ближе и один из них передал в руки Озаракх белый листок, оказавшийся распечаткой банковского отчёта. Мазнувший взглядом по буквам на бумаге Пирс, заметил название одного из самых крупных и влиятельных швейцарских банков.

— Ну что же, — удовлетворенно проговорил Хазани, скомкав бумажку, — цена уплачена. Клинок, сама суть предательства, теперь ваш.

В тот же миг слуга протянул убранный в чехол клинок Пирсу. Когда пальцы Брэя коснулись скрытого под тканью предмета, произошло сразу три вещи.

Один из Бенгалов врезался в каменную стену арены с такой силой, что в стороны полетели куски камня.

Кристина с удивлением узнала однорукого парня, босиком стоявшего на песке.

А скрытый под тканью меч, дрогнул.